— Дальвиг! Отчего твоя жена настолько позволила себе распустить язык? Ты не знаешь? А кто будет это знать? Твоя женщина повела себя вызывающе по отношению к моей паре. Или ты сейчас же накажешь ее, при всех, или мы с тобой выйдем в круг. Выбирай. Молчишь? Бездействуешь? Значит — круг! Жду тебя на поединке через пятнадцать минут.
И весь этот разговор прошел в гробовой тишине. В толпе собравшихся никто слова не проронил, ни один ребенок, а их Арья успела заметить множество, не пикнул, ни взвизгнул.
— Есть еще среди вас, Волки, любители обсуждать с женами мой выбор? Что молчите? А то тоже выходите в круг. Ты, Крауз, желаешь испытать счастье и потягаться со мной в поединке? Ладно! Принято!
Вот так встреча! Не ожидала такого Арья. Не думала, что в стае так относятся к смешанным парам. Теперь же присмотрелась и уверилась, что представительниц других кланов в толпе не наблюдалось. Одни волчицы присутствовали на площади перед теремом.
— Пошли в дом, Арья. Мать, наверное, там нас ждет. Отчего это она не вышла на крыльцо? Неужели еще и в собственном доме мне предстоит столкнуться с противостоянием?
И, наверное, старая волчица услышала его слова. Потому что за тем сразу же появилась перед сыном. Вышла, поклонилась и вполне душевно ему улыбнулась. Но только ему. Хотя Арья готова была понять ее в тот момент. Ведь из-за своей молодой супруги Гансбери предстояло сейчас драться сразу на двух поединках. И это еще после многочасового пути…
— С прибытием домой, мои дорогие! — А глаз не сводит с сына.
Что там муж говорил про свою мать? Мудрая волчица? Пожалуй!
— Мать, покажи моей супруге дом. — Видимо, Черный подметил все буквально, а не только следил за встречающим народом в поселке. От этого и тон его в тот момент не оставлял сомнений, что поблажек никому не будет, кто не согласится с его выбором жены. — И, на первых порах особенно, помоги ей освоиться. А чтобы совсем все стало понятно, то хозяйкой через совсем малое время здесь станет Арья. Иначе и быть не может, раз она моя истинная пара и станет матерью моих детей. А сейчас мне некогда. Появились неотложные дела. Все, я пошел, а вы знакомьтесь.
Коротко, ясно, жестко, по военному расставил все по своим местам. На взгляд Лисицы, так слишком жестко. Вон как заблестели глаза волчицы. И вовсе не слезами обиды. Эх, похоже, сама того не желала, а в лице свекрови приобрела еще одного врага. И оно было понятно, не на сына же той было гневаться.
— Пойдем, дом покажу. — И сразу же развернулась, чтобы направиться вглубь терема.
Арья пошла за ней. Но как-то не очень ее заинтересовали все эти помещения, богатое убранство, мебель и прочее. Мысли ее полностью обратились к предстоящим поединкам. Вот и брела она тенью за матерью мужа. А как только услышала шум во дворе, так бросилась к окну, чтобы понять, что там происходило. И как раз увидала, как с рыльца на двор пружиня сбегал черный матерый волк со шрамом на морде.
— Не смотри туда. — Велела ей свекровь. — Наши волчьи разборки не для глаз слабых изнеженных лисичек.
— Так считаете? А у нас в клане принято, что жена делит с мужем все пополам. И какой бы ни был ритуал, даже если это и поединок, она должна присутствовать рядом и супруга поддерживать. У волков не так?
— Именно так. Если у него сильная пара. Отойди, сказала, от окна!
— И не подумаю. А еще сейчас оденусь и пойду туда, где мой муж будет отстаивать нашу с ним честь.
— Вот ты какая!.. Своевольная.
— Говорят, что иногда такой бываю. Но только не сейчас. В данный момент, просто, намерена приступить к исполнению своего долга. Вы со мной пойдете, матушка? Или здесь останетесь?
— Конечно, пойду! Если ты там в обморок упадешь, Ганс же никого тогда не пощадит. В том числе, похоже, и меня. Как ты это с ним сделала, Лиса? Как смогла себе подчинить?
— Что?! Глупости вот только говорить не надо. И времени у меня на подобную болтовню нет ни сейчас, ни в будущем не предвидится.
Застегивая на ходу шубу, Арья тоже спустилась с крыльца и направилась туда, где толпился народ. Но когда подошла, никто ее, как бы, не заметил, а значит, и не расступился, чтобы пропустить в первый ряд наблюдающих за приготовлением к поединку зрителей. Работать же локтями как-то сначала замешкалась. И вот тут на выручку пришла свекровь.
— Эй! Расступись! — Выкрикнула она, а потом с наигранным поклоном пригласила Арью пройти в круг первой. И выражение лица, как бы говорило, что сейчас посмотрит каково девчонке из чужого и, по ее понятиям, низшего клана будет выдержать жестокую и кровавую сцену. — Прошу!
