Обе самки долго кружили. Волчица еще постоянно скалилась. Лиса же больше порыкивала. Потом они обменялись выпадами, но тут же и отступили снова в стороны. А дальше Аминда надумала со всей решительностью пойти в наступление и смять соперницу натиском. Она разбежалась и прыгнула, ощерив пасть до последнего зуба. Но у нее получилось только клацнуть челюстями в воздухе, так как лисица показала невиданную реакцию и изворотливость. Однако противница ее как взбеленилась и начала атаковать снова и снова. Раз за разом, не собираясь, будто совсем останавливаться, и при этом люто рычала. Арья от ее зубов и когтей уходила, но краем глаза еще и за толпой следила. Оттого, что не было у нее веры всем, кто стоял в круге. Поэтому и заметила некое шевеление среди собравшихся. И тогда боковым зрением отметила, что зрителей поединку прибавилось — волки самцы подтянулись. Потом же круг и вовсе разорвался, пропуская в первый ряд Гансбери.
Альфа подошел, встал, смерил желтыми глазами происходящее и напрягся. Вокруг сделалось тише, но поединок не прекратился. А Гансбери заправил руки в карманы шубы и принялся наблюдать за соперницами, переминаясь с пятки на мысок и обратно. Все расценили его поведение, как признание законности происходящего. А значит, скорее всего, ему уже доложили, по какому случаю произошла заварушка.
— Так ее, Аминда! Так! — Изредка слышались подобные и другие поощрительные возгласы из толпы в адрес волчицы.
И ни одного Арье. Но она и не чувствовала в них надобности. У нее все было под контролем. И сил вполне хватало для противостояния. А еще она готовилась к нападению. Только, похоже, противница это просекла и в тот самый момент сама пошла в новую атаку. Вот и получилось у них одновременно вонзить друг в друга клыки и когти. Они сцепились и покатились клубком.
— Кровь! Кровь! — Раздалось в следующую минуту.
Арья услышала, разжала челюсти и, вывернувшись из захвата, отпрыгнула в сторону. Она стояла, тяжело дыша. В крови еще пылал азарт и звал продолжить сражение. Но она свято чтила уговор. До крови! И та пролилась. У волчицы она сочилась из укуса на шее, у Арьи в крови был бок.
— Поединок окончен. Ничья! — Прокричала громко та самая пожилая волчица, что объявила и начало сражения. — Разойдитесь.
Лиса попятилась и начала разворачиваться к избе, чтобы забрать свою одежду.
— Ррр!!! — Донеслось сзади.
И сразу же был удар в уже раненый бок. В нее как вгрызлась та злобная серая волчица. Арья взвыла от боли, но только в первый момент. А почти сразу на нее нахлынула ярость. Что?!! Трепать ее шкуру?!! Вот таким наглым и подлым манером? Вот и рванулась с силой. Ценой нового разрыва, удалось вывернуться, а там уж совершенно остервенело набросилась на противницу. Вот теперь пошел настоящий бой. Только, похоже, уже на смерть, потому что от них в сторону так и полетели клочья шерсти вперемешку с брызгами крови.
— Нет! Остановиться! — Чей-то визг рядом ее раздражал. Но он дошел, все же, до сознания, а там попробовала уже от противницы отодвинуться.
Получилось. От серой вопящей туши избавилась, и даже некоторое расстояние между ними выдержать получилось, но Аминда, как с ума сошла — ринулась в атаку снова. Арья еле успела увернуться и отпрыгнула вновь. И тут мимо нее пролетело чье-то более темное тело. Неужели, Гансбери ввязался? Нет. Это обернулась та самая пожилая волчица. Это она вмешалась и теперь теснила свою соплеменницу, нарушившую правила.
Чем все закончится, стало сразу ясно. Вот оно так и вышло: Аминду унесли со двора под живот и лапы двое мужчин. А к Арье приблизился Гансбери.
— Сама идти можешь?
— Вполне.
— Тогда пошли домой.
Что это было? Он рычал на нее, или ей послышались гневные ноты в мужском голосе? Но задумываться над этим не стала. Если честно, не до того было. В боку сильно жгло, где заимела рваную рану, и чуть только легче болело на спине. Та зараза пару раз прилично смогла, все же, цапнуть за позвоночник. А еще из прокушенной лапы на свежий снег падали алые капли крови. Вот поэтому идти за мужем получилось, прихрамывая. А альфа шагал впереди, не оборачиваясь. От этого, почему-то, стало обидно. Все могла стерпеть, а то безразличие, что сейчас демонстрировал Волк, ранило больше клыков и когтей.
— Ив чем я провинилась перед тобой? — Не выдержала она его молчания.
— А тебе не понятно? Совсем?
— Нет.
— Тогда ты абсолютно безголовая баба! — Осыпал он ее желтыми искрами из глаз, но идти к терему не прекратил. — Ты соображала, когда связывалась с соперницей, много сильнее себя?
— Вот как ты про меня думаешь?! — Не остыв до конца после боя, почувствовала новый сильный всплеск жара в крови. — Что же брал тогда за себя в жены? Сам оказался слаб перед инстинктами своего зверя?! Ха! Альфа, а имеет непреодолимую тягу к какой-то никчемной лисе!
Она раскипятилась очень быстро, как вода в котелке над жарким костром. Но смогла подметить, что Гансбери замедлил шаг и пару раз одарил очень странными взглядами.
