- Не будешь хотеть спать и есть, не будут дрожать руки... и еще много разных вещей. - Опять посмотрев в зеркало, Би потянула за заколку, стягивавшую волосы на затылке.
- Тогда... здорово. - Сказала Мириам и зевнула.
- Это то, что я думаю? - Спросил Кейн, дотрагиваясь до ствола игольника, лежащего у зеркала.
- Акселератор. - Ответила Би. - Тоже нашла у него.
Вошла Анита, с небольшим прозрачным кувшином, и протянула его Би. Та кивнула на Мириам.
- Ей?
- Да.
- Акселератор? - Кейн легонько погладил ствол. - И на сколько его хватит?
- Батарея умрет быстро, шестьдесят выстрелов максимум.
- Бронебойные?
- Нет, экспансивные.
- Что? На такой скорости они будут рваться на выходе из ствола...
- Мне это и нужно, пусть рвутся и летят дальше.
- А отдача?
- Плевать на отдачу.
Мириам, не слишком прислушиваясь к их разговору, рассматривала черную капсулу. Округлые бока отражали лампу, висящую в комнате, в виде четырех симметричных огней, окруженных плоской электрической радугой.
- А что за проблема? - Спросила она, подняв глаза. И увидела, как Би в очередной раз проводит по волосам рукой в перчатке. - Ну, ты сказала что есть проблема, и пришла...
- Ага. - Поддержала ее Анита. - Подумай, что сейчас на площади говорят. Барон перед боем - да в наше заведение. Подбодрить себя, не иначе. Саймону это ну точно не понравится...
- Не подумала. - Ответила Би. - А проблема... с волосами.
- Что?
- Не хочу резать. А когда они под щитком, не могу одеть шлем. А если без щитка, то не могу закрыть маску. А без маски, но в шлеме... лучше уж вообще без шлема.
- Но у барона были длинные волосы? - Вспомнила Мириам. - Он же его как-то носил?
Она взяла в руки шлем, оставленный Би на столике.
- Тут есть отверстия, на затылке, вниз смотрят. Наверное для этих трубок, но их больше... Если разделить волосы, и аккуратно...
- Что значит «были»? - Анита обошла Би, заглядывая ей в лицо. - Где вообще Саймон?
- Ты же не будешь болтать об этом?
- О чем?
- Ты уже поняла. - Би повернулась к Мириам. - Помнишь, ты мне как-то предлагала...
- Значит, косички?
- Косички.
IV.
Это началось с губ.
Прикосновение холода, невидимый ветер, остужающий кожу. Онемение распространилось на щеки, поползло вниз по шее, плечам, заставив пальцы Мириам вцепиться в пояс джинсов и ремень игольника. Холод просочился следом, скользнул по бедрам, потек в горло и взорвался в животе - почти видимым шаром белого света, вздувшимся и прыгнувшим вверх, к глазам. Окружающий мир застыл на секунду, превратившись в цветной кристалл. В нем была Би, ее плащ и тонкие косички, спадающие из прорезей в шлеме. А еще толпа, блестящие от пота лица, белые фонари и острые тени палаток, падающие под ноги гвардейцам, черным и квадратным в своих бронежилетах...
Кристалл задрожал и треснул. Волна жара рванулась вслед за волной холода. По невидимым каналам нервов, вдоль позвоночника, щекоча между пальцами рук и ног, наполняя бедра непристойным теплом. Так резко, что Мириам покачнулась, и поймала удивленный взгляд Аниты.
- Ох, что это у тебя с глазами? - Прошептала та. Шевельнулись темные губы, каждая черточка ее лица вдруг проявилась под светом фонарей - неаккуратные штрихи карандаша, помада, скатавшаяся в едва заметные комочки в уголках рта, веснушки, рассыпанные по загорелым щекам.
Секунду они с Мириам пристально смотрели друг на друга.
- Что? - Снова спросила Анита. Мириам едва разобрала ее голос, заглушенный гулом окружающей их толпы. И только тряхнула головой в ответ.
Она совсем не была уверена, что сможет сейчас нормально говорить. Жар, бегущий по нервам, приутих, сосредоточившись в голове, где-то сразу за глазами, оставив следы белого свечения на самой границе поля зрения.
- «Белая грань.» - Вспомнила Мириам слова Би, и ночь окончательно отступила. Это не был рассвет. Светлее не стало, но детали, до сих пор скрытые темнотой, проступили отчетливее: лица в неосвещенных зевах палаток, груды мешков, перекрывающие подворотни, движение на улицах, параллельных той, по которой они шли, хаотичное и непонятное. Переговорник хрипел, захлебываясь, человеческие реки бурлили, исходя пеной, а белый плащ впереди трепетал над красным доспехом. И только сейчас Мириам почувствовала, насколько реальны эти голоса, увидела тех, кто говорит.
Пятый взвод - две цепочки щитов перед самыми воротами Верхнего города, отжимающие толпу от стен и трупов, сваленных вдоль них.
Восьмой взвод, разделяющий людей в воротах на три потока, в три улицы.
Четырнадцатый, которым командует Никки, голос которого она узнала только сейчас - красные точки среди толпы внизу, за стеной, на площади под решетчатой башней.
И над каждым голосом - свой цвет, словно маленькое пламя. И не только над ними - над каждым человеком в толпе, небольшое, из нескольких разноцветных язычков, переплетенных, как косички Би. Тысячи огоньков, людей и цветов вокруг - на улицах, уходящих вниз. И то же самое на другом холме - пожар площади перед магистратом, собирающий к себе рои разноцветных искр, ползущих по склонам между домами.
