– Замечательно! – продолжил Демьян; его охватило беспричинное веселье, – Мы прошли два зала и опустились на этаж ниже уровня поверхности. А есть способ достичь зоны отдыха напрямую? Выставку достижений вашего народного хозяйства посмотрим завтра. Как, Вергилий?
Тот ненадолго задумался и согласился. Нур успел зафиксировать сеанс обмена мысле-сигналами. Как и следовало ожидать, они под полным контролем. Что объяснимо, оправдано, и не подлежит осуждению. В том же порядке, – Вергилий впереди, гвардейцы позади, – они продолжили спуск по лестничным пролётам. Демьян вслух считал ступеньки и пролёты. Получались неплохие числа.
Ефремов усмехнулся:
– А я вначале надеялся на лифт, который использовала Королева.
– Не сподобились, выходит, – так же отреагировал Демьян.
– Я примерно прикинул пропорции, – сосредоточенно сказал Ефремов, – Здания, люди, картины, скульптуры… Во всём – гармония. Золотое сечение, наверняка в абсолютной точности используют. Предельная красота! Мир совершенства, не отталкивает, как бывало на Гайяне. Но и притяжения не вызывает. Будто и нет её, красоты.
Демьян расстался с весельем:
– То есть математическая, неживая красота? Земля с Илой-Аджалой неподражаемы. Там очарование в некотором отклонении от абсолютной гармонии. Согласен?
Ефремов, разглядывая очередную витую загогулину на перилах, сказал:
– Вся суть в отклонениях? Иначе люди превратятся в клонов? Кристаллы – идентичны, мелодии неотличимы… Предел симметрии.
Он повернул голову, посмотрел на Нура и добавил:
– Вот, у нашего Капитана – уши больше нормы, это заметно. Но сделай их нормальными – что-то исчезнет. Обаяния не будет, думаю.
В ожидании реакции Нура он изобразил начало улыбки. «Волнуется, – определил Нур, – Самого себя преодолевает, потому и границы нарушает. Надо помочь». Он рассмеялся и сказал:
– С моими ушами… Но я привык. А вы правы, ты и Демьян. Из моего земного опыта… Морская звезда очень красива. Хотя несовершенна в деталях. А совершенная, безупречная пентаграмма – наоборот, отталкивает взгляд.
Спуск закончился. Они остановились у металлической двери, чиновник щёлкнул пальцами, откуда-то сверху зазвучал целый симфонический оркестр. Демьян с изумлением определил:
– Так это же Моцарт! Струнный квартет фа мажор к 370 Рондо Аллегро! Звучит четыре минуты, а расслабляет на целый день. Откуда здесь? И зачем?
– А откуда гайянские кристаллы? Импорт, полагаю, налажен, – ответил ему Эрвин.
– А что они выдают на экспорт? – негромко спросил Демьян, вслушиваясь в мелодию, – Для меня ответ на этот вопрос важнее.
Через четыре минуты дверь, похожая на люк земной подлодки, распахнулась вовнутрь. «Пристанище» оказалось весьма просторным, квадратным в плане, помещением. В центре большой стол, окруженный стульями. Но вид всё из дерева. По периметру – комнаты для отдыха, с занавесками вместо дверей. Чиновник, сделав короткую паузу, пояснил:
– Комнаты отдельные для каждого. В них предусмотрены все необходимые удобства. Мы выяснили – биологически вы почти совпадаете с нами. Вам назначен обслуживающий персонал. Все вопросы – к его представителю. Он явится, как только я оставлю вас. И предложит меню на ближайшие дни. Нормальное положение двери – закрытое. Кнопка вызова – рядом с ней, справа.
Он воспитанно склонил голову, повернулся и исчез вместе с гвардейцами. Демьян проверил дверь – открытие изнутри не предусматривалось.
– Домзак в подвале! – возмутился Ефремов. – Из одиночных карцер-блоков с бытовым комфортом. На каком основании нас так уважают? Как бы не загреметь на плато…
Эрвин сказал ему с иронией:
– А ты был недоволен Нагарой Балакшей, центром Гайяны. Какие парадоксы случаются! Там, в Городе Светлом, – дискомфорт, но полная свобода. Здесь, в Симха-Пуре, светло, зелено, красиво. Но – тюрьма и контроль. Ты изменил своё мнение о Гайяне, Иван Антонович?
Пока шёл обмен впечатлениями, Нур осмотрелся, зашёл в несколько «карцер-блоков». И сообщил:
– Устроено как надо. Тут, в подвале, скопище духов-джиннов. Элитных, хитромудрых. На постоянном дежурстве. Нас решили как следует изучить.
– Прозондировать, что ли? – спросил Ефремов, – В сны заглянуть, разговоры подслушать? Уверен, они знают, кто мы и откуда.
Эрланг, приподняв могучей рукой стол за край, заметил:
– Планета Анахата оснащена несравнимо мощнее Йуругу. Это – противник, и очень серьёзный. Они знают о наших мирах многое. Но их знания не свежи. Прямого контакта не было десятки лет. Они обеспокоены наши нежданным появлением.
