Но Кея не дала продлить состязание, не имеющее пока практического применения. И будет ли иметь? На столе дымились расстегайчики, приготовленные из рыбы по рецепту Леды. Запах блюда перебил все природные, и даже Нур сказал, что не удержит свой аппетит. Участие айлов в пиршестве, сооружённом по-домашнему, сделало его неординарным. Дамы, угощая мужчин, принялись обсуждать вопросы, не имеющие прямого отношения ни к прошлому, ни к будущему.
– Я предпочитаю не вмешиваться в такие разговоры, – сказала Леда, положив на тарелку Эрланга расстегайчик побольше, – И без меня в них всё колеблется и туманится. Леран всю жизнь интересуется супер-проблемами. И я давно поняла – лучше не мешать.
Азхара поддержала её, предложив особенно сочный расстегай Эрвину:
– Ты мудрая женщина. Через столько испытаний пройти… Мы знаем с тобой, что такое ожидание длиной то ли в жизнь, то ли в судьбу…
– Надо им чаще готовить что-нибудь вкусное и оригинальное. Голодный человек плохо соображает. Наши мужчины должны соображать хорошо. Лучше, чем королева и её охранники.
Дамы рассмеялись и удалились из гостиной. Трёхмерный экран демонстрировал что-то нейтральное, не относящееся к чувствам.
Запах нежданного угощения и его не имеющий аналогов вкус вывели мужскую половину экипажа из околонаучной задумчивости.
– Что это? – почти простонал Демьян, облизывая пересохшие губы.
А рядом с громадной тарелкой расстегаев дымятся пиалы с крутым рыбным отваром, в крупных желтых маслянистых пятнах на поверхности. Что-нибудь сверх того только помешало бы восторженному очарованию. И всем стало не до прошлого с будущим, ни до стрел времени, сколько их в реальности бы ни было.
Коттедж заполнился ворчанием, урчанием, стуком посуды и ложек-вилок. И – животным блаженством, струящимся из глаз.
– Воспитанный зверинец! – негромко и с радостью сказала Леда.
– Да не оскудеет рука дающего! – через полчаса произнёс Демьян, – Спасибо дамам! И в первую очередь Кее.
Эрвин, обретший прежнюю задумчивость, сказал, отодвигая пустую тарелку и пиалу:
– Для чего им целая сеть складов всяких товаров? Одежды, продовольствия, запчастей непонятных? Стратегический запас? И ведь не скрывают от нас. Я побывал на одном, моих вопросов не восприняли.
Чрезвычайно довольный угощением Демьян заговорил неторопливо, жмурясь от послевкусия:
– Готовят войну против оппозиции? Где та долина в горах, которую мы недавно наблюдали?
Ефремов сделал интересное предположение:
– Противники режима королевы, уверен, имеются и среди её чиновников. Возможно, даже занимают важные посты. В интересное время мы попали.
– Чем оно интересно? – проявил скептицизм Эрвин, – Этому противостоянию несколько веков. И ни к чему оно не приводит. Они устраивают друг друга.
Ефремов не спорил и не возражал:
– Их лица, глаза… Нет, не могут они мириться с режимом. Просто сил недостаточно. Мера активного противодействия злу не достигнута.
– Иван Антонович! – продолжал наступление Эрвин, – А ведь ты сам был на Земле скрытым, тайным оппозиционером. Профессор, обласканный властью. Лауреат Имперской премии. Известный человек. В «Лезвии бритвы» даже отказался поставить памятник вождям.
Ефремов только улыбнулся. И ответил после того, как собрал все чашки и тарелки на поднос.
– Да… Где в те времена было зло? И как я оценивал добро? Возможно, люди Анахаты – сплошной хлам. Вероятно. Но утверждать этого я не могу…
Эрвин повернул лицо к Эрлангу:
– Отец, во время вторжения Йуругу вы использовали вакуумную бомбу. Она не помогла. Жуки оказались почти не живыми. И негуманоидами. Но здесь? Ты ведь помнишь конструкцию? Я знаю лишь, что она проявляет себя как горящий газ. Выжигает всё. Сияние, высокая температура, ударная волна.. Так? И никакой радиации. Если передать секрет оппозиции? На крайний случай…
– Думать надо, – ответил Эрланг, изучая лицо Эрвина, словно давно его не видел, – И о целесообразности такого шага… Наследство фаэтов во мне. Там много всякого. Но…
– Мы опять можем опоздать, шеф! – использовал старое, из времён Комитета Пятнадцати обращение, Демьян, – Дворец готовит неизвестно что. В любой момент из обеих стрел времени на нас может обрушиться такое… Дворец наверняка во всеоружии, момента ждут. А мы не готовы. Как, возможно, и оппозиция. Мы отдалились от Дворца, не пора ли развернуться к ним другой стороной?
Встреча на высшем уровне
Желание Демьяна воплотилось на следующий день. В коттедж прибыл специальный эмиссар, с пятью звездами на нашивках. И без гвардейцев. Почти поясной поклон, глаза лучатся дружелюбием. Красивый, разумный, приятный чиновник.
– Вполне зрелый тип для коммунистического завтра «а ля Ефремов», – с улыбкой сказал Эрвин.
Визит служителя такого ранга не предусматривал колебаний. Королева Синхия пригласила экипаж на встречу через час, на полдороге между коттеджем и столицей Симха-Пур. И Нур осознал: за экипажем ведётся непрерывная слежка. Какая-то нить связи ускользнула от внимания.
Лиловый шатёр, лиловые плащи мушкетёров. Смена приоритетов?
– Империя перекрашивается? – без предисловий спросил Ефремов, – Что означает смена цветов?
