В германских языках именно сильные глаголы были первичными, восходящими к собственно глагольным основам индоевропейского праязыка, тогда как слабые глаголы были исконно производными либо от основ сильных глаголов, либо от основ существительных, прилагательных и других частей речи. Иными словами, сильные глаголы не могли изначально образовываться иначе как по системному правилу. Лишь впоследствии, когда развитие глагольной морфологии привело к глубинной перестройке типов морфологической кодификации их грамматических категорий (прежде всего категории времени и наклонения), сильные глаголы из исконных и правильных превратились в идиоматические и неправильные, которые изучаются как исключение из правила формообразования временных основ. Таков в общих чертах филогенез германских глагольных форм, выражающих временнýю отнесённость и связанные с ней категориальные функции (прежде всего наклонение).
Что мы видим в онтогенезе, то есть наблюдая за процессом освоения глагольных форм ребёнком в процессе изучения родного языка? Казалось бы, естественно предположить, что вначале осваиваются времена правильных глаголов, а затем методом проб и ошибок запоминаются временные формы глаголов неправильных, которые изначально образуются по логической схеме правильных глаголов, то есть с точки зрения языковой нормы ошибочно. Так и происходит, конечно, когда немецкий или английский язык изучает иностранец – неважно, ребёнок или взрослый. Зная, что глаголы по правилу образуют формы прошедшего времени путём добавления дентального суффикса, иностранец скорее всего образует форму