Если бы мы захотели приблизить терминологический аппарат нашей метафизики к понятиям хопи, то, вероятно, должны были бы рассматривать субъективную сферу как сферу надежды или упования. В каждом языке есть понятия, получившие космические полномочия, выкристаллизовавшие в себе основные постулаты неоформленной философии, в которых заключена мысль народа, культуры, цивилизации, даже эпохи. Таковы наши слова «реальность», «субстанция», «материя», «причина», но также «пространство», «время», «прошлое», «настоящее», «будущее». Таким термином в языке хопи является слово, которое чаще всего переводится как «надежда» – tunátya – «оно пребывает в состоянии надежды», «оно надеется», «на него надеются», «оно думает или о нем думают с надеждой» и т. д. Большинство метафизических слов в языке хопи – это глаголы, а не существительные, как в европейских языках. Глагол tunátya содержит в своей идее надежды что-то от наших слов «мысль», «желание», «причина», которые иногда приходится использовать при его передаче. В действительности это слово представляет собой понятие, в котором кристаллизуется философия вселенной хопи в смысле ее великого дуализма объективного и субъективного. Данное слово обозначает состояние субъективного, непроявленного, жизненного и причинного аспекта мироздания, а также брожение деятельности, направленной на реализацию и проявление, которым оно кипит, – действие надежды, т. е. умственно-причинная деятельность, которая постоянно давит на сферу проявленного. Как известно всем, кто знаком с устройством общества хопи, они видят эту бурлящую деятельность в росте растений, формировании облаков и их конденсации в виде дождя, в тщательном планировании деятельности общин в сельском хозяйстве и архитектуре, а также во всех человеческих чаяниях, желаниях, стремлениях и размышлениях. Но наиболее полно присутствует она в молитве, постоянном молении общины хопи, сопровождаемом экзотерическими церемониями и тайными, эзотерическими ритуалами в подземных кивах. Такое моление выводит напор коллективной мысли и воли хопи из субъективного в объективное. Инцептивная форма tunátya – tunátyava – означает не «начинает надеяться», а «сбывается, на что надеются». Почему она логически должна иметь именно такое значение, станет ясно из сказанного. Инцептивное обозначает первое появление объективного, но основное значение tunátya – субъективная деятельность, или сила; инцептивное же является завершением этой деятельности. Можно сказать, что tunátya – это термин хопи, обозначающий объективное, в отличие от субъективного. Эти два термина – просто два разных отголоска одного и того же словесного корня, так как две космические формы суть два аспекта одной действительности.
