Остается еще один тип различий: специфические и обобщенные категории. Специфическая категория – это индивидуальный класс, существующий в отдельном языке, например, английский пассивный залог, сегментативный вид у хопи. Обобщенная категория, в ограниченном смысле применительно к конкретному языку, представляет собой иерархию, образованную путем группировки классов сходных или (и) взаимодополняющих типов, например, падеж в латинском языке, залог в языке хопи. Здесь многое зависит как от проницательности, так и от пристрастий систематизатора или грамматиста, поскольку можно легко выстроить конкретные категории в очень логичные схемы, но при этом желательно, чтобы такие обобщенные категории представляли собой системы, которые действительно содержит сам язык. Мы вправе скептически относиться к систематизации грамматики, если она полна случаев энантиоморфизма, т. е. подбора к каждой категории ее зеркальной противоположности, которая является всего лишь отсутствием того или иного маркера. Конкретные категории с кажущимся противоположным значением, такие как пассивный залог и активный залог (когда термин «активный» означает просто «непассивный»), следует сводить в одну обобщенную категорию (залог) только в том случае, если их больше двух или если их только две и, взятые вместе, они контрастируют как единое целое с какой-то другой системой форм.
Наконец, в еще более широком смысле обобщенные категории могут быть определены таким образом, что они оказываются равноценными понятиям общей грамматики. Такие категории создаются путем группировки того, что кажется нам сходными специфическими категориями в разных языках. Только в таком смысле можно говорить о категории пассивный залог, которая охватывала бы формы, называемые этим именем в английском, латинском, ацтекском и других языках. Такие категории или понятия мы можем назвать таксономическими категориями, в отличие от категорий описательных. Таксономические категории могут быть первой степени, например, пассивный залог, косвенный падеж; или второй степени, например, залог, падеж. Возможно, именно категории второй степени являются более важными и в конечном счете более ценными как лингвистические понятия, как обобщения наиболее крупных системных образований и контуров, обнаруживаемых в языке, когда язык рассматривается и описывается с точки зрения всего человеческого рода.
Данное ранее не публиковавшееся письмо было адресовано мне осенью 1937 года, когда я был еще студентом факультета психологии Миннесотского университета. Несмотря на то что часть рукописного черновика была перепечатана на машинке, оно, видимо, так и не было отослано, поскольку я его не получил. Черновая рукопись была найдена среди семейных архивов.
Дорогой Джон!
Вам будет интересно узнать, что я получил назначение на долю ставки в Йельский университет на период с января по июнь 1938 года на кафедру антропологии для чтения одной двухчасовой лекции в неделю по вопросам лингвистики американских языков. В течение осеннего семестра у моего коллеги Джорджа Л. Трейгера будет такая же группа по фонетике, так что я не планирую уделять много времени фонетическим или фонологическим вопросам как таковым. Я собираюсь сосредоточить свои лекции в основном на психологическом направлении, на проблемах значения, мысли и идеи в так называемых первобытных культурах. Особое внимание будет уделяться методам исследования языка, которые позволяют выявить некоторые психические факторы или константы американских индейцев в данном языковом сообществе. Я говорю «психические», а не «умственные», поскольку будут рассматриваться не только мысли, но и эмоции – в той мере, в какой они являются языковыми. Я рассчитываю уделить значительное внимание теме упорядочения сырого опыта в последовательную и легко передаваемую совокупность идей с помощью языковых схем. В целом я надеюсь представить некоторые концепции, весьма интересные как для культуролога, так и для психолога, и привлечь в число своих слушателей представителей обеих дисциплин.
