В разных языках поток опыта классифицируется и дробится по-разному; легче всего это увидеть, выйдя за пределы индоевропейских языков, причем наибольший контраст представляют языки американских индейцев. Различия в дроблении – в том, что рассматривается как одна сторона, субстанция, явление или квазицелое, выделенное из общей массы представлений и объединенное с другими такими же фрагментами в мозаичное представление жизни, которое язык и культура считают само собой разумеющимся, – могут проявляться не только в масштабных очертаниях вселенской картины (Б1 II), где они наиболее тонки и труднооценимы, но и в бесчисленных мелких подробностях, в которых они гораздо более очевидны.
Мы говорим a box of cigars (пачка сигар), а хопи говорят «сигары, все вместе помещенные внутрь», при этом «все вместе помещенные внутрь» есть единый термин, не поддающийся разложению [sic!], за исключением окончаний при склонении. Эти два выражения относятся к одному и тому же фрагменту опыта, но разделяют его на разные составляющие. В английском языке представлен очерченный фрагмент мира, пачка: она несет в себе импликацию содержимого, которое с помощью частицы of раскрывается как сигары. В языке хопи сигары являются главной идеей, к которой относится обобщенная конфигурация интериоризованной множественности, но тот факт, является ли корпус, сохраняющий эту конфигурацию, коробкой, бочкой, мешком, пакетом и т. д., упоминания не требует. Мы расстегиваем пальто, хопи вызывают внутренне-множественное отделение его (единичный термин «отделять» с внутренне-множественным и каузативным склонениями) без всякой отсылки к таким фрагментам воспринимаемой действительности, как пуговицы. Там, где у нас одно слово «снег», в другом языке есть разные слова для его обозначения. Слова, передаваемые как «война», «клан» и т. д., могут нести сложный институциональный смысл, как наши «церковь», «театр», «сцена», или опять же лежать в плоскости наших «церковная служба», «пьеса», «драка».
а)
Исследования в этой области естественным образом вытекают из описанного в подразделах A4 и A5. Для какого рода дробления опыта язык использует части речи, падежи, числа, виды, залоги и т. д.? В английском языке используются существительные лето, зима, утро и т. д.; в языке хопи эти отрезки действительности не обозначаются ни существительными, ни глаголами, согласно формальной конфигурации классов существительных и глаголов хопи, а представляют собой самостоятельный класс, тип наречия (= «когда лето», «когда утро»). Идеи «ожидания», «воспоминания», «умозаключения» могут быть выражены в языке хопи наречиями, в английском языке для их выражения требуются глаголы. В языке хопи референтное движение, или движение, описываемое просто точками отсчета и направлениями, не обозначается формально глаголами, т. е. нет глаголов идти и приходить. Оно выражается безглагольными предложениями, содержащими необходимые данные о направлении движения в виде падежей, постпозиций или наречий. И в отсутствие формальных глаголов специальное склонение в конце последнего слова в предложении создает оглаголивание, или признак глаголов, необходимый для завершения предложения. Так, «он идет к дереву» – формулируется как «он к дереву» (с оглаголиванием) или «к дереву он» (с оглаголиванием). А вот «он бежит к дереву» требует формального глагола для выражения бега. Наречие
б)
