Пылая от страсти и в душе уже готовый на все, что способствовало бы исполнению его желания, Вальтер поднялся с ложа и бросился прочь из замка. Не разбирая дороги, несся он верхом через горы, по вересковой пустоши, подобно стремительной буре; конь сминал копытами цветы и травы и поднимал пыль, покуда не доскакал наконец до родных мест седока. Ни приветливый прием, оказанный Вальтеру Свангильдой, ни ласки, коими осыпали его соскучившиеся дети, не растрогали одержимого безумной страстью и не заставили обратить помыслы к добру и благу. Разве под силу цветочному лугу удержать бурный поток, когда тот устремляется на него и грозит затопить, а жертва лишь жалобно взывает к своему обидчику: «О могущественный, узри же мою прелесть и пощади меня!» С рокотом проносит свои волны быстротекущий поток по цветам и травам, и то, что на протяжении многих лун создавала природа, погибает в один миг. Вскоре Вальтер призвал к себе Свангильду и объявил ей, что они не созданы друг для друга, что он стремится к возвышенным свершениям, каковые только и способны утолить пламенный дух мужчины, она же, напротив, всецело удовлетворена тесным домашним кругом и повседневными женскими занятиями; что он жаждет нового, доселе не познанного, она же, напротив, непрестанно перебирает, заново устраивает и украшает старинное и привычное; что она более не рожает ему детей, сделавшись бесплодной, а иначе и быть не могло, ибо на его пылкую страсть она отвечала лишь хладным исполнением супружеских обязанностей; и что посему он почтет за лучшее, если они расстанутся, ведь вместе испытать счастье им не суждено. В ответ Свангильда только вздохнула и спокойно промолвила, что он волен поступать, как сочтет нужным. Когда же на другой день он вручил ей разводную грамоту, повелев возвращаться в дом отца, она приняла приговор со всем возможным смирением, однако, предостерегая супруга, произнесла:
– Догадываюсь, кому обязана я разводной грамотой; я часто видела тебя на могиле Брунгильды, даже той ночью, когда внезапно разразилась ужасная буря и ясное небо в мгновение ока заволокло саваном грозовых туч; ведь от взора моего ничто не укроется. Если ты безрассудно решился пересечь ту черту, что отделяет нас, спящих и видящих сны, от тех, кто сны не видит, то горе тебе! ибо ты призвал в жизнь свою зло, и теперь оно не отступит, пока не поглотит тебя.
Она замолчала, Вальтер также безмолвствовал: в его отуманенном страстью разуме на миг всплыло похожее предупреждение волшебника, подобно тому как зарница освещает ночные облака, не побеждая самой ночи. Свангильда ушла попрощаться с детьми, коих отрывала она мучительно от сердца, ибо дети оставались с отцом по обычаю его народа. И, обильно оросив слезами их лица, окропив этой святой водой материнскую любовь, она покинула дворец и вернулась к своему отцу.
