Идеальная пара полностью

— Вы одной из последних видели Мерритт Монако живой. Если вы не сможете заручиться поддержкой таксиста, который подтвердит, что забрал вас из этого дома до двух сорока пяти, я могу утверждать, что вы находились на месте происшествия в момент смерти девушки. Также именно вы принесли мисс Монако воду — последнее, что она употребляла до момента своей смерти. Вы понимаете, какими сложностями это грозит вам, мисс Дейл?

— Я осталась в доме Уинбери, потому что кое-кого ждала, — говорит Фезер.

— Кого именно? — спрашивает Ник.

Он мысленно пытается припомнить всех основных действующих лиц. Мистер Уинбери завел роман с Мерритт. Шутер Аксли влюблен в невесту. Кого дожидалась Фезерли Дейл посреди ночи?

Теперь Фезер рыдает по-настоящему.

Ник не знает, как ему поступить. Стоит ли поднять голос и сыграть роль злого полицейского? Пожалуй, нет. Это работает только в телевизоре. В реальной жизни больше всего помогают терпение и доброта.

Ник достает коробку бумажных салфеток, которую держат в комнате для допросов как раз на такой случай, и кладет ее на стол, достает одну салфетку, передает ее Фезер и опускается на свое место.

— Кого вы ждали, Фезер? — спрашивает он так мягко, как только может. — Кого?

— Томаса, — говорит Фезер.

«Томаса? — думает Ник. — Кто такой Томас?» Потом он вспоминает: Томас — это брат Бенджи.

— Томаса Уинбери? — спрашивает Ник. — Вас и Томаса Уинбери связывают… романтические отношения?

«Женатый мужчина, — вспоминает он. — Тег… был слишком стар… Они нуждались в сочувствии, а не в громких признаниях».

— Связывали, — говорит Фезер. — Но в мае он порвал со мной. — Фезер замолкает, чтобы достать еще одну салфетку из упаковки и высморкаться. — Когда его жена забеременела. Он сказал, что больше не может со мной встречаться. Он сказал мне не приезжать на свадьбу. Он сказал, что, если я приеду на свадьбу, он меня убьет. Именно эти слова он произнес.

Теперь мысли Ника беспокойно мечутся у него в голове. Недалеко яблочко укатилось от яблоньки. Томас завязал роман с Фезер, но порвал с ней, узнав, что Эбби забеременела. Томас попросил Фезер не приезжать на свадьбу. Он угрожал ей. Возможно, он думает, что Фезер расскажет Эбби об их романе.

— Как думаете, Томас это всерьез? — спрашивает Ник. — Люди постоянно говорят «Я тебя убью». На мой взгляд, даже слишком часто. Или вы думаете… что он по-настоящему пытался вас убить?

В рюмках ничего не было, в бутылке тоже.

Стакан для воды.

— Давайте-ка вернемся назад на секунду, — просит Ник. — Вы сказали, что, когда пошли на кухню, чтобы налить воды Мерритт, все остальные еще сидели за столом, верно?

Фезер отвечает не сразу:

— Да.

— И на кухне никого не было? — продолжает Ник. — Вы уверены, что не видели Грир? Я знаю, вы до ужаса ее боитесь, но мне вы можете сказать правду.

— Нет, — качает головой Фезер. — Я не видела Грир.

— И вы воспользовались уборной после того, как налили воду? — спрашивает Ник. — Как долго вы там находились?

— Несколько минут. Обычное количество времени. Но я еще попыталась немного привести себя в порядок.

— Скажем, минут пять. Звучит правильно?

— Правильно.

Этого времени более чем достаточно для того, чтобы Томас — а может, и Грир — пробрался в кухню и бросил в воду таблетку.

«Но Мерритт не была отравлена, ей подсыпали всего лишь успокоительные», — думает Ник. И этот факт указывает на отца жениха, Тега Уинбери. Тег мог предложить Мерритт воду до того, как вывез ее в море на каяке. Потом, «упав за борт», она бы скорее утонула.

Но что насчет пореза у нее на ноге?

Возможно, она порезала ступню о ракушку на дне моря, когда упала с каяка? Но на пляже была обнаружена кровь. Если Фезер говорит правду и Мерритт действительно была обута в сандалии ранее той ночью, она должна была порезаться после того, как сошла с каяка на берег. Могла ли она порезать ногу на пляже до того, как села в каяк? Но внутри каяка крови не было.

Если, конечно, Тег ее не смыл.

Но если он позаботился о том, чтобы убрать улики, то почему не привязал каяк в обычном месте?

Ар-р-р! Ник чувствует, что ответ так близко… он просто не может до него дотянуться.

— Я вернусь, не успеете и глазом моргнуть, — с улыбкой говорит Ник Фезер и выходит из комнаты для допросов, чтобы позвонить Шефу.

— Поговори с Томасом, братом жениха, — просит он.

Карен будит стук в дверь. Она поворачивается к Брюсу, но тот громко храпит во сне.

В дверь снова стучат.

— Бетти? Мак? — раздается знакомый голос.

Это Селеста. Карен опускает ноги на пол и осторожно встает. Она все еще не чувствует боли, и это странно.

Карен открывает дверь и видит на пороге свою грустную красивую дочь. Селеста стоит в бледно-розовом платье с веревочным поясом, которое должна была надеть в дорогу завтра. Она держит в руках узорчатую дорожную сумку.

— Ох, моя бедная, бедная Букашка! — Карен притягивает Селесту к себе. — Мне так жаль, милая. Я так сожалею о том, что случилось с Мерритт.

— Это моя вина, — произносит Селеста. — Она умерла из-за меня.