— Значит, можно сказать, что она была шокирована и опечалена произошедшим? — уточняет Шеф.
— О да, — отвечает Роджер. — Мистер Уинбери подошел, чтобы узнать, из-за чего переполох, поэтому я и ему все рассказал. Он решил, что мы шутим.
— Шутите, — отозвался Шеф.
— Все по-разному реагируют на такие новости, но естественно, что сначала люди в шоке и всё отрицают. Селеста еще кричала. Она пошла в один из коттеджей, чтобы разбудить Бенджи — жениха, — и он попытался ее успокоить, но она была безутешна. Она… ну как сказать… Сержант Диксон велел медикам отвезти ее в больницу. — Роджер качает головой. — Мне ее жаль. Сегодня должен был быть самый счастливый день в ее жизни, но вместо этого… ее лучшая подруга…
Шеф невольно вспомнил день, когда он узнал о гибели Тесс и Грега. Он пошел прямиком на пляж, чтобы сообщить Андреа. Иногда в самые темные ночные часы Шеф все еще слышит крик, сорвавшийся с губ жены, когда он сказал ей о смерти Тесс.
— Нет ничего хуже внезапной смерти молодых людей, — говорит Шеф.
— Аминь, — кивает Роджер. — В общем, пока члены семьи собирались в доме, я начал обзванивать всех, кто имел какое-то отношение к свадьбе. Я позвонил всем: в кейтеринговую компанию, в церковь, в «Стимшип Оторити», музыкантам, фотографу и шоферу. — Роджер опускает взгляд на наручные часы. — Ужасно говорить об этом сейчас, но сегодня у меня запланированы еще две свадьбы.
Шеф кивает:
— Мы скоро тебя отпустим. Я только хотел спросить, не заметил ли ты что-то необычное, странное, подозрительное или примечательное в поведении жениха, невесты, членов их семей или гостей? Привлекло ли твое внимание что-то или кто-то?
— Только одно, — сказал Роджер. — Но, скорее всего, в этом нет ничего такого.
«Ничего такого, — подумал Шеф. — Обычно это значит нечто прямо противоположное».
— Что именно? — спрашивает он.
— Селеста… Когда я увидел ее на пляже, она несла с собой клатч и дорожную сумку. На ней была одежда, в которой она должна была покинуть остров в воскресенье после свадьбы.
— И теперь ты…
— И теперь я думаю: почему она была так одета этим утром? Зачем взяла с собой клатч и дорожную сумку? Почему она без четверти шесть не спала, а гуляла по пляжу, нарядившись так, словно собирается уезжать?
— Мы расспросим ее об этом, — говорит Шеф. — Это действительно странно. — Он обдумывает то, что сообщил ему Роджер. — Может, Селеста и ее жених решили сбежать в последний момент?
— Я тоже поначалу так решил, но ведь сюда приехали родители Селесты, а ее мать… Что-то здесь не сходится. Но она очень хорошая девушка, Эд. Я уверен, всему этому есть логическое объяснение. Скорее всего, это просто недоразумение.
У Ника небольшой выбор женщин для опроса. Невесту увезли в больницу, мать жениха Грир Гаррисон обзванивает всех гостей, чтобы сообщить им печальную новость, мать невесты очень больна и все еще лежит в кровати. Ник даже не уверен, знает ли она о том, что произошло.
Остается только Эбигейл Фримэн Уинбери — Эбби, — вторая подружка невесты и жена брата жениха.
Эбби отличается невысоким ростом. Ее темно-рыжие волосы ровно подстрижены у плеч. У нее карие глаза и веснушки на коже. По мнению Ника, она милая, но далеко не красавица. Для проведения допроса Ник выбрал гостиную для формальных встреч: от коридора, лестницы и остальной части дома комнату отделяют стеклянные двери. Заходя, Эбби обеими руками придерживает грудь. Ник моргает. Все нормально, ему приходилось видеть и более странные вещи.
— Привет, Эбби. Меня зовут Ник Диамантопулос, я детектив полиции штата Массачусетс. Спасибо, что согласились со мной поговорить.
Эбби отпускает свою грудь, чтобы пожать Нику руку.
— Просто чтобы вы знали: я беременна. Уже пятнадцать недель. Несколько недель назад мне сделали амниоцентез, с ребенком все в порядке. Это будет мальчик.
— Оу, — говорит Ник. Теперь ему хотя бы понятно, почему девушка держалась за грудь. Это ведь должно быть как-то связано с ее беременностью? У Ника нет детей, и он никогда не был женат, но у его сестры Хелены трое малышей, и Ник хорошо запомнил, что будущим матерям приходится распрощаться с достоинством. Хелена всегда была очень скрытной, когда дело касалось ее тела, но во время беременности и после постоянно жаловалось на то, как сильно болит (а потом еще и течет) ее грудь и как часто ей приходится бегать в туалет. — Мои поздравления.
Эбби устало, но победоносно улыбается Нику.
— Спасибо. Мой сын будет первым наследником семьи Уинбери. Кажется, для британцев это важно.
— Если хотите, могу налить вам воды, — предлагает Ник. — Уверен, вы шокированы произошедшим.
Эбби садится на диван, и Ник занимает место на стуле напротив так, чтобы смотреть ей в лицо.
