— Это нехорошо, — произносит Роджер. — Видимо, никогда не знаешь, что может скрываться внутри человека.
— Что правда, то правда, — соглашается Марти.
Потом он прощается с Роджером, кладет трубку и возвращается к работе.
Мэри Эллен Кэхилл заканчивает разговор с Шефом и протягивает Лоле кусочек бумаги, на котором написано: «Шутер Аксли».
— Его имени нет в базе, — говорит Мэри Эллен. — Так что он, скорее всего, придет покупать билет лично. Рост — шесть футов, темные волосы, одет в голубой блейзер.
— Это сужает круг поиска, — замечает Лола.
— Я думаю, он сядет на паром «Стимшип», — говорит Мэри Эллен. — Я надеюсь, он сел на паром «Стимшип». У нас сегодня и без того много дел, не хватало еще разбираться с подозреваемыми в убийстве.
Лола снова читает имя. Шутер Аксли. Она достает телефон, хотя это строго-настрого запрещено, и быстро находит Шутера в «Фейсбуке»◊. Он даже симпатичнее Тома Брэди. А затем Лола наконец все понимает.
— Задержите паром! — кричит она.
Она выскакивает из-за стойки, выбегает из офиса и несется в сторону пристани. Джордж — стюард — уже готовится убрать трап.
— Лола, — подмигивает ей Джордж.
Лола знает, что он в нее влюблен, и сейчас этот факт сыграет ей на руку.
— Мне нужно подняться на борт, — говорит она. — И как только я это сделаю, ты найдешь полицейского и приведешь его сюда.
— Ого! — говорит Джордж. — Ты че несешь?
— Поверь мне, Джордж. Это очень важно. Смертельно важно. Пусти меня на паром, а потом найди полицейского.
— Серьезно?
— Серьезно, — говорит Лола.
Ей хочется пробежать по пассажирской палубе, но она заставляет себя сохранять спокойствие. Украденный билет. Голливудский красавчик Шутер Аксли украл билет у беременной женщины и легко пробрался на паром. Лола рассматривает лица. Она видит стариков, видит сгоревших на солнце людей, мужчин в красных шортах «Нантакет-Редс», лабрадоров, плачущих детей, бостонских терьеров, женщин, которые сделали слишком много пластических операций. Она видит ребенка в костюме Человека-паука. Она видит парня, на котором нет ничего, кроме коротких шорт с американским флагом. Он заснул и громко храпит.
Лола Бадд чувствует чужую руку на предплечье. Она оборачивается и видит полицейского, рядом с которым стоит Фред Стифтел — один из капитанов судна.
— Юная леди, — говорит полицейский. — Что происходит?
Лола осматривает кабину. Ее взгляд останавливается на мужчине, ждущем в очереди у бара. На нем темные очки, но Лола узнаёт очертания его челюсти и темную растрепанную челку. Голубая футболка, темно-синий блейзер.
— Это он, — обращается Лола к полицейскому. Она говорит спокойно и не сводит взгляда с подозреваемого. — Шутер Аксли. Вон там.
Офицер подходит к Шутеру Аксли, и тот ставит на стойку бутылку пива. В последующей суматохе Шутер пытается сбежать, но на пароме слишком много людей, и бежать ему некуда, поэтому полицейский легко выворачивает ему руки, заводит за спину и сковывает их наручниками. Он сообщает Шутеру, что тот является подозреваемым в текущем расследовании и будет задержан до проведения допроса. Взгляды всех на борту направлены на них. В воздухе стоит тихий гул голосов.
«Прямо как по телику!» — думает Лола. Но в этот раз главная героиня — это она сама! Лола Бадд!
Ей не терпится написать Финну и рассказать ему обо всем. Вот теперь у Шефа точно не останется причин ее недолюбливать.
Брюс приносит ей бокал бледной пузырящейся жидкости. Внутри плавают две ягоды ежевики.
— Что это? — спрашивает Карен. — Это ведь не пунш? Не думаю, что я смогу переварить пунш.
— Это не пунш, — отвечает Брюс. — Это вино с газировкой, и этот напиток лично смешал твой дорогой муж. Правда, тут больше газировки, чем вина, но я попробовал и думаю, ты оценишь.
Карен делает глоток и переносится обратно в свою молодость. Ее муж — самый чуткий человек на земле.
— Спасибо, дорогой, — говорит Карен.
Брюс целует ее в губы, и даже столько лет спустя в животе Карен порхают бабочки.
— Для тебя — что угодно, — отвечает он. — Я не шучу. Что угодно.
За столом Карен съедает половину хвоста лобстера. Каждый сдобренный топленым маслом кусочек заставляет ее стонать от удовольствия. Никогда прежде она не пробовала ничего столь божественно вкусного.
Брюс пытается всяческими уловками убедить ее попробовать кусочек его печенья. Даже разламывает его пополам, чтобы Карен взглянула на слои воздушного теста, но она отказывается. Лобстера было достаточно, даже более чем достаточно.
Брюс стучит ложечкой по бокалу с водой, который держит в руке. В шатре наступает тишина. Карен надеется, что все пройдет хорошо. Брюс выпил уже не меньше трех порций пунша.
— Леди и джентльмены, меня зовут Брюс Отис, я отец невесты, — говорит он.
