Син, видимо, так же это понял, потому что чуть мы закончили – побежал на кухню заказывать еду. А может, почувствовал беспокойство в моём сознании. В общем, он забрался на кровать спиной к стене, усадил меня верхом на свои колени, обернул в покрывало и принялся кормить – я даже прифигел от такого сервиса. Но согласился. Приятно. Хотя и странно. С Сином мне вообще постоянно странно – от того, что ему хочется проводить со мной время, что нравится на меня смотреть, а теперь он вот ещё и про любовь говорит. И в нос целует. Я всегда думал, что так только собак целуют, но ладно, ради такого дела я готов хоть собакой побыть, хоть кем угодно.
Кормёжка кончилась тем, что мы начали друг другу пальцы обсасывать, а дальше уже и другие части тела. Облизали ВСЁ.
В душе я, конечно, опять полез, но тут уж Син сказал, что пора бы и совесть поиметь, а не только его – спать пора, завтра в дорогу.
Однако ближе к утру, когда нужно было уходить, я не удержался и снова начал облизывать это мило-сопящее тело, прижиматься, покусывать за плечи и ненавязчиво гладить по всяким чувствительным местам.
Нет, я честно старался не мешать Сину спать, но как удержаться, когда вот оно, всё такое жаркое, прямо под руками, и достаточно лишь слегка нажать пальцем, чтобы аккуратно… скользнуть… внутрь… М-м-м, как же сладко он сжимает, так крепко и горячо…
В конце концов Син бормочет сквозь сон: «Давай быстрее…», и я с энтузиазмом тянусь за смазкой и презервативами. Он как-то умудряется кончить – такое ощущение, что и не проснувшись до конца, – и тут же вырубается обратно, а я выбираюсь из постели и, по-быстрому ополоснувшись, ухожу к себе.
Обычно я засыпаю когда нужно, но сейчас не смог. Всё думал, что делать дальше, если – когда – разойдёмся с Сином и придётся уволиться. Провалялся час и, вымотанный круговертью рваных мыслей, встал. Лучше приеду на вылет пораньше.
ПРИМЕЧАНИЕ: в конце этой главы – список всех участников.
***
Утром, невыспавшийся и одновременно нервный, я не стал ждать Сина, а отправился автобусом. Несмотря на то, что все обычно ругают медлительность общественного транспорта, тут он доставил меня неожиданно быстро. Ну, пока ещё до транспортной базы дошёл… Всё равно слишком рано. Однако это как раз таки хорошо: предпочитаю везде приходить первым, чтобы разведать обстановку и осмотреть помещения. Это успокаивает. Думаю, я никогда не избавлюсь от привычки оценивать любое пространство как арену для боя.
Очередь на вылет небольшая, только одно подразделение, так что через пятнадцать минут я уже на корабле. Микроскопический, всего два помещения для команды: комната отдыха и общий зал. Потолки низкие, и мне приходится наклонять голову. Шея явно не рада такому неестественному положению.
Быстро осмотрев комнату отдыха и застолбив одну из коек – естественно, слишком короткая для меня, – возвращаюсь в зал и занимаю удобную обзорную точку в дальнем углу.
Раньше всех прибывают столичные связисты, видимо, тоже общественным рейсом.
Открываю список позывных. Учитывая, что больше я этих людей, скорее всего, никогда не увижу, запоминать имена и фамилии смысла нет. Так, где я… А, вот, рядом с сержантом Юхасом, Фокстрот. Я, значит, Эхо. А как раз за мной в списке идут связисты.
Двое рядовых что-то обсуждают между собой, смеются. Внешне удивительно похожи, при этом даже не только чертами, но и общим впечатлением – улыбчивые крепкие парни. Значит, это вот эти, с одинаковой фамилией. Тот, который с нашивкой медика, – Альфа, его брат – Джульетт.
Третий рядовой сам по себе, то и дело зыркает на меня – это у нас Ромео. По контрасту с позитивными братьями он весь настороженный и вообще какой-то мутный. Нужно будет на всякий случай держать его в поле зрения.
Офицеров двое, держатся вместе. Младший капитан – Виски, лейтенант – Чарли. Оба обычные, можно даже не пытаться запоминать их внешность, по нашивкам отличу.
Офицеры малолетние, что меня раздражает. Сразу кажется, что это наверняка из-за их привилегированного столичного положения: и условия комфортнее, и требуют поменьше, и выслугу дают охотнее. Нет, я-то, конечно, не знаю, это я наслушался, пока с Сином и Главным выпивали. Мол, «ну это ж столичные…» – и снисходительные усмешки.
Но даже если я воспринимаю их предвзято – всё равно раздражают. У нас офицеры в основном постарше будут, а в таком возрасте опыта мало, только самоуверенности дохрена. И ещё кажется, что для них эта операция – всего лишь повод получить красивую запись в личное дело. С таким подходом люди плохо соображают, как оно работает на самом деле, в бою.
Подтверждая моё хреновое о них мнение, капитан связистов возмущается: почему до сих пор нет командующего операцией, что за бардак, они теряют время. Лейтенант поддерживает. Набурчавшись, капитан предлагает сходить на базу в столовую, и они уходят вместе. Остальные тоже разбредаются.
Скидываю сообщение Сину: «Столичные штучки прибыли. Рвутся обсудить план».
Мигает ответ: «Авось не порвутся. Буду к положенному времени».
