Сухая финская сауна из сияющего золотом свежего дерева за стеклянной стеной, приоткрытая дверь в более привычную баню с дровяной печью, а самое главное — огромная купель-джакузи сложной формы, в которой легко поместилось бы человек восемь.
— Ого! А чего без бассейна?
— Он на улице.
Филипп ответил совершенно равнодушно, словно я спросила его, где стоит стиральная машинка.
Вообще-то я в силу своей работы привыкла к разным излишествам в частных домах: целым холодильным комнатам вместо холодильника, мангалу, итальянской печи и тандыру прямо в кухне, отдельным комнатам с микроклиматом для сигар и сыров, симуляторам самолетов в натуральную величину в подвале и искусственному пляжу с ультрафиолетовым «солнышком» и песком.
К чему я не привыкла — к тому, как богатые люди легко привыкают к подобной дичи.
«Да, у меня дома есть океанариум с медузами, домашний театр на двадцать мест с вращающейся сценой и обсерватория на крыше. А что, у вас нет? Ну вы задумайтесь в следующий раз, когда будете делать ремонт! Очень удобно!»
А тут бассейн. В десяти минутах от метро. Личный. А чотакова? Ну да, на улице, поэтому зимой не очень удобно. Сэкономил, что ли?
Филипп нажал что-то, и джакузи начала наполняться бурлящей водой.
Сначала я подумала, что он бросит меня в ванну прямо в одежде и готовилась сопротивляться, но нет — он присел на край, держа меня на коленях и быстро и ловко раздел. Без соблазнения, без заигрываний — нежно, но деловито.
И только потом позволил соскользнуть в теплую воду.
А сам начал открывать по очереди разноцветные баночки и бутылочки, стоящие рядом на столике. Из одной сыпалась крупная розовая соль, из другой он налил в воду серебристый гель, который тут же принялся пениться, в третьей оказалось масло, пахнущее дикими травами и лавандой. А четвертую он вообще целиком перевернул, засыпая в воду сушеные белые и сиреневые лепестки.
— Это все твое? — потрясенно спросила я. — Первый раз вижу, чтобы мужчина знал назначение всех этих штук.
— А ты думаешь, я к твоему визиту готовился? — хмыкнул Филипп.
— Не к моему…
Я ведь не первая девушка, которую ты приносишь на руках в ванну, не так ли, Филипп?
— Я тоже люблю комфорт, Вера. И роскошь. И расслабление.
Он ответил спокойно. Словно даже не догадывался, какие мысли бродили у меня в голове.
Имеет право мужчина любить расслабляющие ванны с пеной, маслом и солью? С лавандой и разноцветными пузырьками? С массажем и ароматом горных трав?
— Любишь? — я вынырнула из густой пены, приподнялась над водой и обвив его руками за шею, впилась в прохладные губы.
И пока он не сообразил — потянула в глубину за собой. Он попытался удержаться, но край ванны был мыльным, и Филипп Завадич соскользнул ко мне в воду, словно моряк, соблазненный русалкой.
Намокшая рубашка и брюки облепили его тело, прорисовав мышцы груди и живота даже четче, чем они выделялись после тренировки в спортзале.
— Так и оставайся… — восхищенно проговорила я, любуясь своим собственным Мистером Дарси в мокрой рубашке.
Но он почему-то не захотел в это играть и, к моему разочарованию, быстро расстегнул пуговицы и стянул брюки, бросив одежду мокрой кучей прямо на пол.
А потом снова что-то нажал, и все вокруг погрузилось в полутьму, зато из-под густой пены со дна джакузи пробился таинственный фиолетовый свет, превращая мир вокруг в колдовскую пещеру.
Филипп переместился к бортику, устроился на сиденье и откинулся затылком на подголовник. Притянул меня к себе и разогретыми гладкими от масла ладонями провел по всему моему телу. Шелковая нежность его прикосновений заставила меня выгибаться и подставлять кожу под ласки, словно кошка.
От запаха трав и горячего пара кружилась голова, а лиловый мир вокруг казался причудливым сном.
Я подплыла к нему ближе, оседлала твердые бедра и прижалась грудью к груди.
Провела кончиками пальцев по лицу, словно впервые изучая резкие черты.
Очертила острые скулы, четкую линию челюсти, твердый подбородок.
Совсем недавно я думала, что больше никогда не прикоснусь к нему.
Хотя… может быть, это в последний раз?
Филипп будто услышал мои мысли и приоткрыл глаза:
— Так что ты говорила про расставание? В чем проблема, Вера? Расскажи мне.
В этом нереальном сказочном мире мне было гораздо проще сказать ему правду.
Почти правду…
— Я слишком увлеклась нашими… нашим сексом. Забыла обо всем остальном. И не сдала экзамен, поэтому решила убрать… то, что отвлекает.
— Не сдала — и что случилось? — с легким недоумением в голосе спросил он. — Ты подсознательно понимала, что это все ерунда. Ты отлично водишь.
— Филипп! Какое отлично! — возмутилась я. — По пути сюда я проехала на красный!
— Со всеми случается. Особенно там, где светофор стоит нелогично.
— Не пропустила машину там, где у нее было преимущество!
— В Москве преимущество у того, чья машина дороже и больше.
— Дергала руль! Резко разгонялась.
— Хорошая машина провоцирует лихачить.
— И тормозила резко!
— Конечно! После ваших учебок, где тормоза в хлам, ты к нормальным еще не привыкла.
— Да хватит меня оправдывать! — я набрала в ладони пену и мазнула его по лицу.