— Именно, — кивнул я, — Епископ играет в какую-то свою игру. Очень глобальную, в которую он втянул уже несколько великих домов. Почитай — весь север королевства. Чего именно он хочет добиться, кроме расширения своего влияния, мне, если честно не совсем понятно. Но мне совершенно не хочется бросать и нас с тобой и ребят в жернова его интриг и заговоров. У нас и без того, хватает врагов. Сейчас мы работаем на него лишь по одной причине — он нам платит за то, что мы собирались сделать и без его просьбы задаром. Но вот что будет дальше, когда мы доставим магов на границу империи…
— Мда уж, — задумчиво протянула девушка, нервно накручивая ремешок удилов себе на палец, — Пожалуй ты снова прав. Но всё равно мне как-то боязно. Семеро против пяти десятков…
— Не дрейф, — я направил Гневко чуть поближе к её кобыле и легонько ткнул девушку кулаком в плечо, — Это ж обычные головорезы. Мы сражались с куда более страшными противниками. Вспомнить хоть пепельных тварей или армию Душелова. Нежить убить невероятно трудно, да и страха она не испытывает. Ни перед потерями, ни перед сталью. А бандиты… Это всего-лишь люди. Ткни одного такого, да посильнее — из него вывалятся кишки и он отдаст богам душу. А его приятели обделаются от страха, увидев это малоаппетитное зрелище. По сравнению с прочими драками эта будет лёгкой прогулкой.
— Может, я и впрямь зря себя накручиваю, — в голосе девушки всё ещё сквозили нотки сомнения, но они быстро таяли в той уверенности, которой я её заразил. Мда уж. Неплохо бы мне и самому в это верить.
— Определённо зря, — хмыкнул я, стараясь не подавать виду, что и меня самого гложет червячок сомнения.
Разведчики встретили нас уже на восточной дороге. Они поймали шпиона. Мои опасения не были напрасными. Стоило нам снять оцепление с корчмы, как соглядатай Когтя тут же рванул ему докладываться. Впрочем, далеко он не убежал. Его, ещё не успевшее остыть тело, валялось в придорожной канаве с перерезанной глоткой. Грязь на дне рва смешалась со свежей кровью и теперь была ало-бурого цвета. Я тихо выругался.
Шпион был весьма ценным активом. Он знал внутреннее устройство логово, знал сколько у него защитников, как они организованы и чем вооружены. И мог поделиться сведениями с нами. Конечно, добровольно делать он бы это не стал. Но на отрезанном ухе или парочке оттяпанных пальцев его преданность Когтю наверняка бы закончилась. За такими лидерами идут из страха или из жажды наживы. Тех, кто готов пойти на принцип и рискнуть за атамана своим здоровьем и жизнью в его окружении нет.
Вот только труп уже ничего не расскажет. Хоть ты ему мужское естество отчекрыж. И магия мне тут не поможет. Некромантия слишком уж утомительна, да и позволит она увидеть лишь несколько последних минут жизни засранца, а не планы крепости. Попросить Вернона? Нет. Колдовство наверняка сложное. После подобного ритуала ему сутки придётся отлёживаться, приходя в себя. А мне нужны его таланты лекаря. Потери при помощи уловок и манёвров можно свести к минимуму, но раненых нам всё равно не избежать.
Впрочем и людям я предъявить ничего не мог. Сам проебался. Сказал им стеречь дорогу и перехватывать любого, кто побежит с докладом к атаману. Вот только не пояснил, что делать с пленниками. И они сделали то, что умели лучше всего — перерезали глотку. Что ж, остаётся только учесть эту ошибку в будущем.
— Что ещё тебе известно о логове, — поинтересовался я у охотника, поравнявшись с ним, — План крепости знаешь? Сколько там бандитов? Сколько из них умеет браться.
— Знаю, — внезапно кивнул охотник, — Я долгое время крутился возле их логова, пытаясь подобраться к когтю поближе. Один раз ночью забрался даже за частокол их укрывища. Но Когтя стерегли, как принцессу какую перед выданьем. Ссыкун он страшный, вот что скажу. Но и я не герой. Одного сына подзаборной суки ещё мог бы стрелой снять. Но когда у входа в общинный дом их ошивается с полдюжины — стреляй не стреляй, а один хер кто-нибудь завопит, будя остальных, а кто-нибудь успеет тебя порезать, — Хавель закинул лук на плечо и принялся машинально перебирать стрелы в колчане на поясе, — Но кой какую пакость я им сделал. Сумел пробраться на кухню и плеснул им в котёл отвар водяного болиголова. После этого дюжина этих выблядков околела. Коготь рвал и метал — любо дорого посмотреть было.
Он меня приятно удивил. Большинство местных тряслись при одном упоминании о головорезах Когтя. Впрочем, следовало учитывать, что всё это может оказаться простой сказочкой вражеского лазутчика, которую он с радостью мне скармливает. Скоро узнаем.
