Она прошла мимо рычащего Барта легко, будто вовсе не замечала готовую отгрызть ей половину ноги зверюгу (пес заскулил и попятился), уселась на соседний с Дэйном стул и равнодушно взглянула на пистолет.
Предложила устало, как вымотанная многолетними ссорами жена:
– Давай решим все быстро, а? Без дополнительных трудностей. Ты знаешь, что нужно мне, я знаю, что нужно тебе.
– И что нужно мне?
У Дэйна косичка шевелилась от ужаса, когда он смотрел в такие насмешливые раньше, а теперь безразличные глаза Ани.
– Ну, хотя бы, чтобы он жил, – и та кивнула на пса. – А я все сделаю профессионально. Нежно пососу тебя, приласкаю, помогу с фантазиями, отключу центр беспокойства, если нужно. А ты сунул-кончил-вынул-и-пошел. Все просто?
– Просто, – неласково процедил Дэйн. – Но мне не подходит.
«Ани» буднично потерла краями полотенца концы волос, с которых еще стекала вода.
– Жаль. Значит, придется с проблемами.
Время здесь стояло, как зловонная вода в колодце.
Темнота, шепот; редкие всхлипы стихли – Элли сумела успокоиться и взять себя в руки.
– Тай, ты что делаешь?
Я выдохлась от постоянного воображения картины, в которой в нашу «камеру» заходит охранник, а после выходит, забыв запереть засов. Вопросы, как вороны, слетевшиеся попировать над жратвой из моих же собственных сомнений, категорически мешали процессу: а что, если придет не охранник, а одна из Карновых баб? Что, если нас придут мучить и снимать все это на камеру для трансляции? Где сейчас Дрейк? Что происходит в Нордейле?
Не могли. Не должны были.
В общем, сфокусироваться на желаемом не удавалось. Только лишь вообразишь, что кто-то заходит в гараж, как тут же одолевают страхи.
– Я ощупываю
Тайра никогда не сидела без дела – я знала. И кого она имеет в виду, знала тоже.
– Зачем?
Все эти шепотки в темноте усиливали гнетущее ощущение, что мы узники, ждущие казни.
– Смотрю, уязвима ли она хотя бы к чему-то. Насылаю на нее потихоньку то энергию воды, то огня, то воздуха… Звуки разные.
– А она не замечает?
– Нет. Я помаленьку. Тихо.
Мы помолчали.
– А расстояние не мешает?
Моя соседка пошевелилась, притихла вновь:
– Расстояние не имеет значения для астрального мира.
Да, точно. Дрейк учил тому же.
– И как результаты?
– Пока никак.
Уныло, тускло. И все сильнее хотелось пить. Я слышала, как Ани-Ра уже сходила в туалет по-маленькому в дальний угол. Я и сама вскоре собиралась сделать то же самое, видимо.
– Эй, девчонки, – обратилась я куда-то вперед – к дальней стене. – Время скажите?
Зашуршала одежда. Элли прочистила горло:
– Половина десятого.
И в гараже вновь повисла тишина.
К картинке, в которой кто-то вновь и вновь отпирает железную дверь, я возвращалась раз двадцать. Как карусельная лошадь: то воссоздавала ее ярко и живо, то, отвлеченная сторонними мыслями, вновь удалялась от нее. И так по кругу.
И потому, когда вдруг лязгнула настоящая задвижка, я поначалу только вздрогнула и успела подумать: «Ох, ничего себе, какой натуралистичный звук я вообразила».
Но то была не я – охранник.
И быстро-быстро у дальней стены зашуршала одежда, затем кто-то как будто упал на землю.
Что происходит?
Времени на размышления не было – дверь гаража распахнулась не полностью, но лишь ее узкая прямоугольная часть, предназначенная для людей, а не транспорта. В проем кто-то шагнул; и тут же заметался по стенам яркий луч фонаря.
– Вода вам.
Молодой парнишка-надзиратель. Довольно худой, но уже злой, как положено волчонку, желающему когда-нибудь стать волком.
– Справишься там сам? – спросили его снаружи.
Мужик постарше, судя по голосу.
– Конечно, – отмахнулся вошедший. – Тут же одни бабы.
Он поставил на пол пластиковый бутыль с водой; шаги второго надзирателя удалились.
– Питье, сучки.
И принялся рассматривать, переводя луч с одного лица на другое: сначала мое, Тайры, затем наших соседок. Но не успел рассмотреть Элли и Лайзу, когда увидел лежащее в скрюченной позе у дальней стены тело.
«Ани-Ра. Что она делает?!»
– Эй, что за х№ня? Вам положено быть живыми – нам не платят за дохляков…
Он кинулся к ней, забыв про воду, звеня на ходу многочисленными ключами у пояса.
Молодой, неопытный…
Стоило ему склониться над хрупкой фигурой, как Ани рванула удавом – резко выбросила кулак в челюсть, а как только пацан завыл и отклонился назад, подпрыгнула кошкой и скрутила жертву.
Дверь… дверь!
Я бросилась к ней на всех парах – нужно закрыть дверь, чтобы не увидели снаружи!
«Ани… что она делает? Блин…»
Когда я прикрыла створку, подивившись тому, что снаружи ночь (точно половина десятого утра?), суженая Дэйна уже обезоружила мужика, сковала ему руки его же наручниками, немилостиво перевернула и опустилась на корточки рядом.
– А теперь тихо! Один звук, и разрежу глотку.
Она действительно держала у его шеи лезвие огромного военного ножа.
– Ани, нас за это… – в панике возмущалась Элли. Подругу сдерживала Лайза.
– Тихо, Элли, тихо, иначе услышат.
– Отвечай на мои вопросы, понял?
