– Полинкин танцор! – догадался он. – Засранец!
– Ядрёна-матрёна, – добавил Гарик.
– Да, Павел Исаев – капитан милиции, но дело не в этом. Дело в том, Борис Соломонович, что раньше я вас ни в чем не подозревал. Мне нужна была только ваша посильная помощь в расследовании, но теперь, увы, у меня возникли сомнения в вашей искренности.
– Что?!
– После смерти Романа Джанка прошлой ночью.
Балабанов смолк и выжидающе уставился на Тугаринского.
– А что, его тоже прирезали? – без смущения поинтересовался Боря.
– Вы прекрасно знаете, отчего и каким именно образом умер Роман Джанк. Может быть, вы мне сами всё расскажите? Чтобы, так сказать, восстановить наше доверие.
– Доверие, говоришь…
Тугаринский замолчал, поглядывая то на свою опустевшую кружку, то на Балабанова, словно примеряясь, как бы поухватистей огреть его этой кружкой, а лицо его при этом сделалось на удивление сосредоточенным. Верного телохранителя Гарика начала охватывать паника.
– Может, за борт его? – спросил тревожно Гарик.
– Тебе бы все за борт, – задумчиво произнес Тугаринский, – дай поговорить-то с человеком… А что, Витя, никак Вовка Загребаев раскололся? А?… Да и черт с ним. Не важно. Вот что я тебе скажу. Я здесь, на «России», за все отвечаю. Ты меня понимаешь? Это очень важно понять, Витя. Пока я нахожусь на борту этого парохода, здесь все должно идти так, как надо. Как мне надо. И я должен быть уверен в том, что так оно и есть. Тогда я спокоен. А что я наблюдаю? Сначала выясняется, что на моем рейсе везут транзитом наркоту, а я не в курсе. Можешь себе представить? Ну, я, конечно, решил с Романом побазарить, чтобы место знал. Но не успел, потому что сразу после этого на моем корабле убили человека! Причем, человека, которого я знаю лично. Хуже, Витя, ничего не придумаешь. Это ты мне уж поверь. А тут еще ты. Ни ухом, ни рылом. Только ходишь как дурак и пристаешь ко всем: что вы делали, да что вы делали…
– Я бы попросил поосторожней с выражениями, Борис Соломонович.
– Да ладно! Поосторожней… Правоохранительные органы, говоришь, заинтересовались? Слушай сюда, Витя. Место правоохранительных органов в Москве. Они к нам нос тыкнут и обратно уберутся. А наше с тобой место здесь. На «России». И мы с тобой должны сами во всем разобраться.
– Мы?
Виктор Андреевич от изумления даже приподнял левую бровь. Только этого ему не хватало! Кстати, примерно так же прореагировал и Гарик, а вот Тугаринский только усмехнулся и примирительно вскинул руки.
– Согласен. Это лишнее. Такое предложение не для тебя, Витя. Сделаем по-другому. Я нанимаю тебя в качестве частного детектива…
– Прекратите валять дурака, Борис Соломонович! Вы, кажется, не понимаете…
– Нет! Это ты, кажется, не понимаешь, о чем я говорю! Я пригласил гостей сюда, на «Россию». Я устроил им этот круиз и обещал хороший отдых, и вдруг одного из них убивают! А всех остальных собирают и говорят: сейчас мы среди вас будем искать убийцу. Ну и кто я после этого?! Неужели не ясно, что я просто обязан выяснить, что тут происходит? А тебе, Витя, я предлагаю нормальную работу, которую я хорошо оплачу. Понял?
Балабанов не знал, что ему и сказать на это. Ощущая некоторый дискомфорт и растерянность, он огляделся по сторонам, потом почесал подбородок и на всякий случай откашлялся.
– А что, – спросил он, – Федосюка сюда тоже вы пригласили?
– И его я. А кто же? И выгляжу теперь, как полное говно. А мне это надо? Так что, не крути, Витя, носом. Поднапрягись и хорошенько разузнай, что тут к чему, пока мы не прибыли в Неаполь, и капитан наш не вызвал на борт полицию.
– Но…
– Согласен. Время у тебя не много. Сутки. Но и плачу я хорошо. Не пожалеешь… Ты, кажется, хотел меня спросить о чем-то?
– Ну, хорошо, – сказал Виктор Андреевич. – Я согласен. Но вы понимаете, что я вам ничего не могу гарантировать?
– И не надо! Не можешь – не гарантируй. Главное разобраться… А теперь спрашивай. Я могу чем-нибудь помочь?
Балабанов закурил сигарету. Как-то излишне нервно это у него получилось, но тут уж ничего не поделаешь. Частный корабельный детектив вдруг понял, что в сложившейся ситуации помощь Бори Тугаринского может оказаться очень кстати.
– Есть одна вещь, – поделился Балабанов, – которую я не могу понять.
– Только одна? Это радует.
– Да. В кармане потерпевшего Вадима Щукина я обнаружил ключ от каюты Федосюка. Как это объяснить? Вам что-нибудь известно об этом?
– Конечно, известно, – тут же ответил Тугаринский. – Ерунда. Не бери в голову, – чувствовалось, что Боря разочарован. – Это просто немного пошалил наш Вова.
– Минуточку, какой Вова?
– Загребаев. Он, понимаешь, решил обчистить Федосюка. Идиот. Ну, пришлось, объяснить ему, что Аркаша мой гость. Говнистый человек, это уж точно, но гость. Ничего не поделаешь. Ну, Вова, конечно, раскаялся, но чтобы не поднимать шума мы решили ключи Аркаше подбросить, как будто он посеял их, а Вадим вызвался это сделать. Вот и все. Наверное, он просто не успел… Давай-ка, Витя, накапаем тебе пивка.
И на этот раз Балабанов не отказался.