– Ши вонт ту слип, – строго сказал Исаев мужичку, потом подумал и добавил на всякий случай: – Ай вонт ту слип ту.
– Ага, – кивнул черноволосый, – ну, пойдем.
И озадаченного русским языком Пашу вместе с сонной Полиной увели в здание.
А потом они поднимались по узкой винтовой лестнице, шли по темным пыльным коридорам, гулко топали по каменным плитам длинных галерей и оказались в небольшой комнате с тяжелой дубовой дверью, сводчатым окном и огромной кроватью под балдахином. В комнате был электрический свет и отопление, что радовало, но несколько размывало романтическое впечатление.
– Ваша комната, – сказал мужичок и удалился, заперев дверь.
Полина упала на кровать и уже в лежачем положении сбросила обувь.
– Накрой меня, – еле слышно произнесла она.
Кажется, что уже через секунду после этих слов девушка глубоко заснула.
– Хорошенькое дело, – проворчал Паша, оглядываясь. Он совершенно не представлял, где ему взять то, чем можно было бы накрыть Полину. Потоптавшись на месте несколько минут, Исаев осторожно вытянул из-под спящей покрывало, потом одеяло, потом накрыл Полину, а потом и сам прилег рядом.
Наутро первой проснулась синьорина Ковец. Пошевелившись и осмотревшись, она решила встать, но подушка ее вдруг тяжко вздохнула. Полина вздрогнула, а потом улыбнулась – излишне жесткой подушкой оказался Паша Исаев. Вполне приятное открытие. Она легко встала с кровати и потянулась. Местом их заключения оказалась светлая уютная комната с дубовыми потолочными балками и солнцем за огромным окном. Начало не плохое. Все-таки не подвал. Но там, за окном было не только солнце. Какой-то неясный шум доносился снаружи. Полина тихо подошла к окну, отжала шпингалет и легко сдвинула вверх раму, такую же дубовую и темную, как дверь и потолочные балки. В комнату ворвался невероятно чистый воздух и неожиданно громкий шум горной реки. Полина высунулась из окна и то, что она увидела, настолько захватило ее сознание, что на какое-то время из головы ее вылетели не только итальянцы, но и круиз, и даже Исаев. Такая красота Полине еще не встречалась.
Место, куда их привезли, оказалось самым настоящим средневековым замком, выстроенным в горах на берегу узкой и шумной реки. Если смотреть из Полининого окна вниз, то создавалось впечатление, что замок вырастал прямо из скал, а внизу, в той пропасти, что разверзлась под окном, шумели крутые перекаты горной реки. Чуть выше по течению через реку был перекинут деревянный мост. Дорожной полосы, правда, видно не было, но можно было угадать изгибы реки, петляющие среди пологих гор и теряющиеся где-то вдали, там, где горы, прикрытые легкой дымкой, поднимались уже в полный рост. Причем одна из этих вершин была настолько выше остальных, что за нее задевали облака. Поразительная по красоте картина, открывшаяся Полине из окна, окутывала умиротворением, словно пуховой периной. Девушка облокотилась о широкий каменный подоконник и замерла.
– Хороший вид, – раздался за ее спиной голос Исаева.
Полина ойкнула, схватилась за сердце и обернулась.
– Обалдел? Я чуть из окна не вывалилась.
– Извини, – Паша присел на подоконник. – Как спалось?
Полина подумала.
– Знаешь, у меня было ощущение, что я проснулась, подошла к окну и вдруг вспомнила, какой неприятный и длинный сон у меня был про «Россию», круиз и все эти убийства. И так было хорошо, что это только сон.
– Понимаю. Да, событий у нас, как во сне. Только из них еще выбраться надо… Кстати, ты помнишь человека, который нас привел сюда вчера?
– Неа. Я спала на ходу. А что?
– Он говорил по-русски. Как тебе это нравится?
В комнату постучали. Пленники переглянулись и уставились на дверь, а та растворилась со скрипом, и на пороге появился давешний мужичок все в той же кожаной жилетке. Он приветливо улыбался и толкал перед собой столик с завтраком. Полина удивленно вскинула брови, Исаев хмыкнул. Ничего подобного они явно не ждали.
– Доброе утро, – вежливо произнес мужичок.
Паша слез с подоконника, сказал:
– Ну, привет.
Потом подошел поближе и приподнял накрахмаленную салфетку, закрывавшую блюдо. Там оказалась яичница с беконом. Кроме того, на столике чуть дымили две чашки с кофе, причем по соседству со сливками. А возлежало все это пиршество на дорогом фарфоре. Паша покачал головой.
– Сервис, однако. Ну, ставь тачку к постели, да поговорим. Ты, собственно, кто?
Мужичок отодвинул столик по направление к кровати и снова улыбнулся.
– Приятного аппетита. Меня зовут Веля.
– А в этой реке можно купаться? – спросила Полина.
– Пива, – покачал головой мужичок.
– Пива? – удивился Исаев. – От пивка я бы не отказался.
– Та река внизу называется Пива. Она течет с гор. Очень холодно.
– Жаль, – вздохнула Полина.
– Слушай, Веля, – Паша взял мужичка под руку. – А откуда ты русский знаешь?
– Школа, – неопределенно ответил тот.
– А как называется та красивая гора? – снова встряла Полина.
– Дурмитор. Что-нибудь еще?
– Конечно. Самое главное.
Веля с готовностью посмотрел на Исаева.
– Что все это такое? Куда нас привезли?
– Это Черногория, господин Исаев. Замок Шавник.
– Покажешь окрестности?