– В Италии. В Риме. И нечего на меня так смотреть. Да, я тогда была в него влюблена. С ума сходила. И приехала в Рим для того, чтобы провести вместе с ним месяц. Это была его идея, и, ты знаешь, я тогда чувствовала себя счастливой. Правда. А познакомилась я с Арнольдом за полгода до этого. В Москве… Ну посмотри на него, Паша, – Полина в свою очередь подхватила фотографию и сунула под нос Исаеву, как это только что делал он сам. – Посмотри. Ну, пусть он старше меня, пусть. Но ведь он совершенно нормальный, симпатичный мужик. Со вкусом одевается, со вкусом ухаживает, интересно говорит… со мной, во всяком случае. Откуда я могла знать, кто он такой? Он сказал, что какой-то бизнес у него есть и больше мы на эту тему не разговаривали…
– А где вы познакомились?
– Я же говорю, в Москве. На презентации фонда. Меня отец взял туда с собой, обещал, что будут актеры какие-то известные, музыканты, весело, в общем. Вот там мы и познакомились, когда Арнольд подошел поздороваться с отцом.
– Они знакомы?
– Знакомы, но общих дел у них никогда не было… Короче, я как его увидела, так и въехала, знаешь, как будто головой в стену. А он… – Полина усмехнулась. – Какой же мужик откажется от восемнадцатилетней красивой дурочки, которая влюблена в него по уши.
– Понятно, – Исаев покачал головой. То ли сочувственно, то ли осуждающе. – А что за фонд-то, не помнишь?
– Его Федосюк организовал. Я не знаю, как он назывался.
– Да. Я так и думал… Как же тебя отец одну в Рим тогда отпустил?
– Отец вообще ничего не знал. До сих пор не знает. И не вздумай ему эту фотографию показывать… А отпустил очень просто. У меня приглашение в студенческий лагерь было, которое Арнольд организовал, ну и я как будто туда поехала… Дай еще сигарету.
К первой Полина успела приложиться только пару раз – так разволновалась – и сигарета истлела в ее жестикулирующей руке почти до фильтра. Паша снова достал пачку. Полина прикурила вторую прямо от первой.
– Ну вот, – продолжила она, – потом я вернулась в Москву, а он остался в Риме. Я ждала его… Ты не представляешь, как я его ждала! Ни о чем больше думать не могла. А он… Он просто забыл обо мне. Поигрался месяц с красивой игрушкой и выбросил. Ни звонка, ни телеграммы, ни ответа, ни привета. Полгода я ждала. Уже начала даже выбирать, что мне сделать с собой: вены порезать или под машину… Анна Каренина, блин… Как только отец тогда не догадался?
Полина не то усмехнулась, не то прищурилась от режущего глаз дыма и затушила сигарету прямо в чашке с недопитым кофе.
– А потом, – она вздохнула, – через год он объявился, звонил, хотел встретиться, но мне уже было все равно. Любовь перегорела…
Девушка отрешенно смотрела в окно и словно бы раздумывала, рассказывать ей дальше или нет. А может быть, просто вспоминала. Паша терпеливо ждал. Минуту. Другую. Потом кивнул головой, как будто в чем-то убедился, и спросил. Нет, лучше сказать, сделал вывод:
– Ты боишься его?
– Я…
Полина запнулась.
– Ты боишься встречи с ним, а в Стамбуле эта встреча неизбежна. Так?
Полина взглянула на Исаева.
– Ты хочешь, чтобы я помог тебе? – спросил Паша.
– Да.
Под шум горного потока время быстро летело по своему обычному пути от сомнительного прошлого к неясному будущему, и вот уже день перевалил на свою вторую половину. Незаметно, но упрямо стало вечереть. Но Паше Исаеву и Полине было не до того. Они не замечали течения времени. Они заново переживали прошлое… До чего глупое занятие! Оказывается, нелепая жизнь в прошлом отнимает время у будущего! Но, с другой стороны, для чего еще нужно время, как не для исправления прошлых ошибок? Собственно говоря, вся человеческая жизнь состоит из ошибок и их последующего исправления. Так чего удивляться? Нет, все равно глупо…
– Когда отец предложил поехать отдохнуть в круиз, – сказала Полина, – я очень обрадовалась. Я хотела развеяться. Думала, весело будет… А теперь с каждым днем все больше боюсь. Я же действительно могу встретить Арнольда в Стамбуле.
– Я бы сказал по-другому. Ты его не можешь не встретить там. Вы с отцом не случайно в этот круиз попали.
На глазах Полины навернулись слезы.
– Думаешь все из-за меня?
Паша вздохнул.
– Скорее из-за фотографии.
– А как она попала к Федосюку?
– Ну, это не так важно. Он был хорошо знаком с Арнольдом, и у него было много способов заполучить ее. Главное, что он собирался шантажировать твоего отца, а Щукин случайно узнал об этом. В результате твоя фотография убила обоих. Один пострадал от ревности, а другой от жадности. Знаешь, я начинаю думать, что оба убийства совершил один человек. И этот человек связан с Арнольдом.
– Да, да! – закивала Полина. – Мне уже давно кажется, что за нами с папой кто-то приглядывает! Я даже думала сначала, что это ты. А теперь даже и не знаю.
– Я тоже пока не знаю. Но попали вы оба в историю очень нехорошую. Прямо скажем. Не хотел бы я оказаться на вашем месте. Большие и грязные деньги, Полина, означают для проигравшего смерть. Как ни крути.
– Так что же делать, Паша? Ведь папа теперь один на корабле.