– Вот поэтому первым делом надо выбираться отсюда. Ты не знаешь, что мы с тобой тут делаем?
Полина смахнула ладонью слезы и шмыгнула носом.
– Ты говорил, это тоже из-за Арнольда, – сказала она неуверенно.
– Из-за него. Ты помнишь, что делал Арнольд в Италии два года назад, когда ты к нему приезжала? Может быть, ты случайно присутствовала при какой-то встрече или разговоре?
– Ну-у, точно не вспомню, но одного итальянца я видела. Кажется, его звали Марчелло.
– Марчелло Паволи?
– По-моему, да.
– Ну так вот, – Исаев говорил медленно, чтобы девушка не упустила ничего. – Марчелло Паволи был компаньоном Арнольда. Они заработали большие деньги, а потом не поделили их и Арнольд его убил. Но примерно в то время, когда ты приезжала в Рим, этот Паволи познакомил Арнольда с доном Винченцо, крестным отцом неаполитанской мафии и сейчас Арнольд занимается через дона Винченцо торговлей оружием. Пригодилось, значит, знакомство. И тут начинается самое интересное. Оказывается, дон Винченцо является крестным не только для неаполитанской мафии, но и для Марчелло Паволи. Причем в прямом смысле. Так уж сложилось. Иначе говоря, они практически близкие родственники. Но Арнольд об этом не знал. Более того, он до сих пор об этом не знает. Теперь понимаешь?
Полина слушала во все уши и смотрела во все глаза. От любопытства и удивления даже страх куда-то испарился.
– Они хотят отомстить? – предположила девушка.
– Еще бы! Кровная месть! Дело чести.
– А я при чем? Ты хочешь сказать, что они убьют меня?!
– Не знаю. Но они хотят не просто отомстить. Они хотят вернуть деньги. Наверное, они думают, что ты до сих пор возлюбленная Арнольда и собираются использовать тебя, как разменную монету. Мне кажется это логичным. Но проверять, честно говоря, желания нет.
– Да, – девушка покачала головой. – Приятная новость.
– Главное, что Арнольд обо всем этом даже не догадывается. Это с самого начала было моим козырем. Я не сомневался, что лично пересекусь в Стамбуле с Арнольдом и надеялся использовать эту информацию в разговоре с ним. Как говориться, в интересах следствия.
– Так ты думаешь, что опоздал со своим козырем?
– Нет. Просто мои планы изменились. Теперь я должен вытащить тебя из этой истории и моему козырю придется сыграть в другой партии.
Полина села на кровать и пододвинулась поближе к Исаеву.
– Меня все хотят убить, – сказала она, – что мне делать? Ты поможешь мне?
Паша обнял девушку за плечи, она сейчас же прильнула к нему, склонила голову и закрыла глаза. По щекам снова покатились слезы. Она казалась растерянной и беззащитной. И очень уставшей.
– Не бойся. Мы что-нибудь обязательно придумаем.
Полина открыла глаза, подняла взгляд, всхлипнула и поцеловала Исаева.
А за дверью уже послышались шаги и прочие посторонние звуки, дверь открылась и в комнату вкатился Веля со своей совершенно неуместной тележкой. Тем более, что одна такая, с не законченным до сих пор завтраком, еще стояла в комнате.
– Обед, – сообщил тюремщик, но обратив внимание на расположение своих узников, замер в нерешительности. Не очень было понятно, есть ли вообще у них сейчас аппетит.
Исаев подхватил Полину на руки и понес ее навстречу обеду.
– Оставь здесь, – сказал он Веле.
Веля с готовностью кивнул.
– И вот еще что.
Полное внимание.
– Ужинать мы сегодня не будем. Хорошо?
Глупая улыбка, разворот и Веля удалился, захлопнув за собой дверь.
– Ну и чем нас сегодня угощают?
Паша подошел к столику, Полина протянула руку к широкой салфетке, смахнула ее, и тут же увидела посреди вазочек и тарелочек маленькое блюдо с огромными кроваво-красными ягодами.
– Хочу клубнику! – сказала она, схватила две ягоды и добавила: – И тебя.
Первая краснобокая клубничка отправилась ей в рот, а вторая была поднесена ко рту Исаева. И Паша съел ее, пока нес Полину обратно к дубовой кровати, под балдахин.
Какая удивительная штука страсть! Какое обманчивое впечатление она производит, как меняет героев и как незаметно искажает действительность ее непреодолимо манящий свет! Впрочем, кому нужна действительность без страсти? И разве располагает такая действительность к искренности? Ради чего, собственно, преодолевать трудности и совершать поступки? Нет уж, увольте, без страсти герои быстро киснут и сворачиваются, как трехдневное молоко. В то время, как искренность героев охваченных страстью не вызывает никаких сомнений. Очень может быть, что это вообще единственное состояние души, имеющее смысл. Закон жанра, будь он неладен. Но, так или иначе, а этот вечер для Паши и Полины не был омрачен ничем. Неприятные разговоры, неожиданные события, природные катаклизмы – ничто больше не тревожило их. Даже способность осознавать, мыслить и делать выводы – и та на время отключилась. Для профилактики. Вечер словно был дарован им свыше. И они не преминули воспользоваться таким подарком судьбы. И только спустя несколько часов, когда этот день практически закончился и балдахин был приведен в порядок, сознание начало постепенно возвращаться к Исаеву.