Когда смыть остатки крови все же удалось, я наконец смогла выйти, не рискуя лишний раз лицезреть собственное отражение. Отца в гостиной не было, поэтому мне удалось добраться до комнаты без происшествий. Прикрывая дверь, я остановилась возле половины Кесси, не смея подступить ближе. Идеально убранная кровать с бежевым покрывалом слева от окна, в правой стороне – письменный стол с почти сломанным крутящимся креслом, наверху, на стене, расположилась гирлянда с висящими на ней полароидными фотографиями. Ретро-фотографии были увлечением Брюса, он часами готов был снимать то, что видит, находя в затемненных и потертых карточках эстетику всего мира. Сестра не разделяла его хобби, ей вообще было все равно, чем занимается ее уже бывший парень, но она никогда не отказывалась позировать, поэтому фотографий с белыми рамками было у Кесси достаточно. В школьной столовой, закрутив на волосах неаккуратный пучок; на газоне возле библиотеки, бегло пролистывая учебник истории; с Тиффани на одной из многочисленных вечеринок, широко улыбаясь и слегка проливая жидкость из красных одноразовых стаканчиков, и еще много других фото, где моя сестра была прекрасной. Ей не нужна была подготовка и идеальный свет, чтобы получится лучше модели из «Victoria’s Secret». Ее секрет успеха – просто быть Кесси.
На одном из фото я замечаю себя, щекой прижатую к щеке сестры. Мне пришлось слегка наклониться, отчего это выглядит еще нелепее, но на том снимке мы улыбаемся и это перебивает все прочее. По телу пробегает крупная дрожь, сердце начинает биться сильней, все тело напряглось, словно намереваясь покончить со всем. У меня не хватает духу и сил оторваться от той самой фотографии, сделанной в нашей гостиной. Более того, мне самой не хочется отрываться от нее, вспоминая тот ноябрьский день. Если бы я только знала тогда, чем закончатся наши мечты о будущем. Если бы мне удалось предотвратить события, которые разрушили мою жизнь, разве я не рискнула бы всем ради семьи? Пережитая боль не затмит отпечатки бездыханных воспоминаний, которые наполняют меня до остатка. Как жить в мире, где абсолютно все напоминает тебе о мучениях, терзающих плоть и кровь?
Слезы вновь выступили на глазах, специфичным, но беспроигрышным способом возвращая меня в настоящее. Первые минуты хотелось бежать – неважно куда, главное подальше от всего этого, от всех воспоминаний и боли, от собственной семьи и себя. Но очень быстро я осознала, что даже если я покину этот дом, оставлю отца и весь Стогвурд, то так или иначе не смогу покинуть то ничтожное отражение в зеркале, которое ведет меня к провалу. Я заперта в загустевшем потоке собственного разума. Есть ли выход? Мне видится только один.
Глава 14
