Повисает молчание. Хлоя явно вспоминает о том, что случилось с Фокусником на записи.
Я обнимаю ее, притягивая поближе, и она кладет голову мне на плечо.
– Что будем делать?
– Вот блин, опередила меня с вопросом, – говорю я.
Свет в квартире мигает и снова включается.
– Часто у тебя такие сбои? – спрашиваю я.
– Нет, – говорит Хлоя. – Хочешь вина?
– Очень. И давай еще раз подробно пройдемся по «Рогам Терзоса», – отвечаю я.
Хлоя наливает нам по бокалу «Мальбека», а я перечитываю все наши заметки по книге.
– Редактора нет, и издательства тоже, – замечает Хлоя, возвращаясь ко мне на диван.
– Но ведь должна быть какая-то подсказка.
– Может, переключимся на что-то другое? – предлагает Хлоя. – Мы весь день на эту книгу убили.
Я отвожу взгляд от ноутбука и тру глаза. А когда открываю их, то натыкаюсь взглядом на мой подарок, купленный Хлое на день рождения, – карту штата Вашингтон, нарисованную в стиле карт Средиземья из «Властелина колец» и «Хоббита», иллюстратором которых был Кристофер Толкин.
– Что такое? – спрашивает Хлоя, заметив мой взгляд.
– Кублер же списал провинцию Посейдона со штата Вашингтон, да? – спрашиваю я.
– Ну да, и что?
– И то. Есть идея, – говорю я. – Принтер подключен к интернету?
– Да, зачем он тебе? В чем дело?
Я фотографирую на телефон карту из «Рогов Терзоса», поправляю контрастность и яркость и отправляю фото на принтер.
– Включи пока карту Сиэтла, – прошу я.
Хлоя открывает интернет, а я бегу к принтеру. Когда он заканчивает печатать, я подкатываюсь на кресле к дивану и уменьшаю карту Сиэтла до масштаба вымышленного города из книги.
Они полностью совпадают.
Мордекай Кублер не просто использовал карту Северной Америки для своей вымышленной страны – он создал провинцию Посейдона по образу и подобию штата Вашингтон, а город Удвуд сделал альтернативным Сиэтлом.
– Вот тут у нас Лабиринт, – говорю я, указывая на кружок над треугольником на карте Удвуда, – а в самом центре…
– Твою мать, – произносит Хлоя, отследив движение моего пальца. – Это WorGames.
– Их Башня, – говорю я.
– Жесть, неужели это правда…
– Посмотри, где находится нижний левый угол треугольника.
– Это же здание с граффити за мусоркой?
– Оно самое, – отвечаю я.
Открыв навигатор, я отмечаю все три угла пирамиды и центр лабиринта, а потом передаю телефон Хлое.
– Что это? – спрашивает та.
– Наша карта.
– Твою мать, мы что, серьезно туда пойдем?
– А ты как думаешь? – отвечаю я. – Пройдем игру – спасем мир.
В «Рогах Терзоса» путь Ксаны начинается с левого нижнего угла пирамиды, продолжается в правом и заканчивается на вершине. В книге эта вершина символизирует Врата.
Пройдя через Врата, Ксана попадает в мир, в точности похожий на ее собственный, но на самом деле другой. Его так и называют: Другой мир.
С этого момента Ксана оказывается в Лабиринте.
Теперь ей нужно добраться до центра и победить Человека в Башне.
– Ты правда думаешь, что если мы пройдем всю пирамиду, то найдем Кроу?
– Не знаю. Вполне возможно.
– Ну, ладно, – говорит Хлоя. – Пойдем искать твоего Человека в Башне.
Мы решаем, что будем придерживаться пути Ксаны с самого начала, поэтому Хлоя отвозит нас к переулку за музыкальным магазином.
Там мы вновь оттаскиваем мусорку от стены. Граффити осталось прежним, но я все равно фотографирую его – просто на всякий случай.
Стоит мне нажать на кнопку фото, в переулке становится чуть темнее, и на мгновение мне кажется, будто символы начинают мерцать, резко выделяясь на фоне клубящейся тьмы.
Тряхнув головой, я прижимаю ладони к глазам. В воздухе расползается знакомый запах: мокрые перья и шерсть. От него кружится голова, а в ушах шумит пульсация крови. Я пытаюсь взять себя в руки, но тело кажется бесконечным, словно границы между ним и окружающим меня миром стерлись. Жуткий холод охватывает меня, и я резко бью кулаком в стену, одновременно пытаясь устоять на ногах и через боль вырваться из этого странного за- бытья.
А в следующее мгновение мы уже сидим в машине Хлои и куда-то едем – причем, судя по всему, уже минут десять.
– Хочу в туалет, – говорил Хлоя.
Я просто смотрю вперед, пытаясь понять, где мы и как здесь оказались.
– Ты в порядке? – Хлоя пытливо на меня смотрит.
– Ага.
– Точно?
– Куда мы едем?
– Ого, вот это ты охренеть как в порядке, я погляжу.
– Пожалуйста, просто скажи, куда мы едем.
– Куда ты говоришь, туда и едем. – Хлоя кивает на телефон, лежащий у меня на коленях.
На экране открыта карта. Судя по ней, мы едем к правому нижнему углу пирамиды, в Центральный парк Белвью.
– Ты только держись, К, – говорит Хлоя.
Она волнуется за меня.
И я тоже волнуюсь.
Ведь из памяти только что выпали десять минут моей жизни.
Белвью расположен на противоположном берегу озера Вашингтон, прямо напротив Сиэтла. Парк на восемьдесят тысяч квадратных метров встречает нас огромным круглым лугом с широким горизонтальным водопадом, впадающим в красивый зеркальный пруд. Практически в центре луга кучкуется несколько крупных деревьев – идеальная стартовая точка для наших поисков.
– Что именно мы ищем? – спрашивает Хлоя.
