— Он всегда был рядом со мной, даже когда становилось совсем плохо. — Выдохнув, она добавляет: — Когда они объявили об этом туре, я подумала, что не смогу попасть с учетом расписания команды, но потом они добавили местную локацию, и концерт будет в день рождения отца. — Она делает глубокий вдох и кладет руку мне на живот. — Казалось, это судьба, что все так сложилось, но…
Но Надя.
Теперь в бешенстве уже
Она прижимается ко мне еще на мгновение, и я чувствую, как ее дыхание выравнивается, а тело расслабляется. Черт, эта девушка так хороша в моих объятиях, и от того, как ее рука ложится мне на живот, мой пульс учащается. К сожалению, это движение также посылает сигнал SOS моему члену, ложный сигнал, заставляющий его проснуться. Твайлер доверилась мне как другу, опираясь на меня в поисках утешения, а не как на возможность перепихнуться.
— Эй, — говорю я, проводя рукой по ее волосам. — Я знаю, ты не хочешь веселиться, но как насчет того, чтобы пойти и показаться на публике? Пусть Надя и все остальные знают, что мы в хороших отношениях, а потом я провожу тебя домой.
Она отодвигается, переводя свой взгляд на меня.
— Конечно. Можем так и сделать.
Мы отстраняемся друг от друга, и я помогаю ей встать с дивана, используя это как возможность задержать на ней руки еще на минуту. У меня еще есть вопросы, например, почему она говорила о своем бывшем, но я достаточно хорошо знаю Твайлер, чтобы понимать, что объем личной информации, которым она поделилась сегодня вечером, был уже огромен.
— Подожди, — говорю я. Снимаю через голову свою толстовку и надеваю ее поверх ее формы. Она полностью окутывает ее, свисая ниже бедер. — Так-то лучше.
Следуя за ней через дверь, ведущую в дом, я не свожу с нее глаз: то, как она выглядит в моей одежде, когда вижу ее в ней, заставляет меня чувствовать…
Страх.
Ведь мне нравится.
Больше, чем следовало бы.
— Ты пугающе хороша в этом.
Рид недоверчиво качает головой, делая еще один бросок после того, как Твайер попадает своим десятым четвертаком подряд прямо в красный стаканчик на другом конце стола.
— Это дар. — Она усмехается, и улыбка освещает ее лицо. Если не считать небольшого пятна туши под глазами, нет никаких свидетельств того, что ранее она плакала.
Сначала она не хотела играть, но парни подбадривали ее, нажимали на кнопки, пока она не сдалась. Что насчет меня? Я просто сидел и смотрел, как моя девочка выходит на победный путь.
— Реванш? — спрашивает она Рида, держа в руках свой счастливый четвертак.
— Не-а. Я выбываю, — говорит он, глядя на зайку в другом конце комнаты. Видимо, все, что произошло между ним и Надей, было взаимным.
— Кто-нибудь? — спрашивает Твайлер, оглядывая комнату.
Уже поздно, и адреналин, с которым парни пришли на вечеринку, начал улетучиваться. Они либо пьяны, либо возбуждены, либо и то, и другое, и готовы угомониться.
Я протягиваю руку и хватаю Твайлер за талию, притягивая ее к себе на колени.
— Похоже, ты действующий чемпион, Солнышко, — говорю я ей, прижимаясь поцелуем к ее щеке. Мне было трудно удержаться от того, чтобы не поцеловать ее сегодня. Она поворачивается ко мне лицом, и ее глаза достаточно ясны, чтобы сказать мне, что пиво, которое она пила последние два часа, не вызвало у нее ничего, кроме легкого кайфа. Она снова пододвигается, прижимая свою задницу к моему члену. Невинный взгляд говорит мне, что она ни хрена не понимает, как влияет на меня. Это мило.
И разочаровывающе горячо.
Я отчаянно хочу снова попробовать ее на вкус. Ее полные губы, ее язык.
Но мы заключили соглашение, и я не вижу здесь лазейки.
— Ты останешься на ночь, Твай? — спрашивает Джефферсон, доставая две бутылки воды из кулера на крыльце. Я бросаю на него неприличный взгляд, и он подмигивает в ответ. Я знаю, что он делает. Он знает, что Твайлер еще не ночевала, и пытается обеспечить мне секс.
— Нет, — говорю я, положив руку ей на бедро. — Я скоро провожу ее обратно.
— Знаешь, — говорит она, проводя пальцами по моим костяшкам, — может, мне стоит остаться.
— Если хочешь. — Я не знаю, для кого она это говорит. Джефферсону, чтобы продолжить его уловку, или себе, потому что она не хочет идти домой. Готов поспорить, все дело в Наде. — Я был бы рад, если бы ты осталась.
— Оу, веселитесь, ребятки, — говорит Джефф, жестом показывая девушке, ожидающей его у двери, следовать за ним вверх по лестнице. — Увидимся утром.
Медленно все расходятся. Одни — домой, другие — на диваны или кровати. Нет ничего необычного в том, что после вечеринки мы просыпаемся и видим пятерых парней, развалившихся в гостиной. Я подталкиваю Твайлер локтем.
— Ты уверена, что хочешь провести ночь здесь?
— С этим ведь нет проблем?
— Конечно нет. — Я снимаю ее со своего болезненно пульсирующего члена и встаю со стула. — Я просто не хочу доставлять тебе неудобств.
