— Какая ты занятая, — хмыкнул Роман, — Но не думай, что всё это надолго. Рано или поздно твой Стасик умрёт, и ты останешься без папочки. Кто будет оплачивать все твои гулянки? Его мать? Да ей плевать и на тебя, и на сына. Ей подавай деньги. В тот же день, когда её сынок умрёт, она продаст его долю в компании какому-нибудь другому богачу, а, может, даже и мне, и навсегда забудет о тебе и нахлебнике в твоём пузе.
— К чему вы клоните? — уже на грани, чтобы отвесить этому наглецу вторую пощечину, произнесла я.
— К тому, что ты, девочка, останешься совсем одна, — Роман совсем близко наклонился над моим лицом и взял меня за подбородок, — Но я готов тебе помочь.
— Я даже не намерена слушать ваши грязные предложения, — отрезала я, отталкивая Романа, — Так что попрошу вас покинуть кабинет, а потом и офис.
— Это ты зря. Я ведь только с добрыми намерениями, — с ухмылкой произнёс Роман. Я отвернула от него голову, ожидая скорого ухода, но мужчина лишь ещё ближе подошёл ко мне, обойдя стол, — Ты будешь моей. Нужно всего лишь делать то, что ты делала Гордееву.
— Пустите! — взвизгнула я, когда Роман схватил меня за горло, перекрывая кислород.
— Не пикай мне тут… — грубо прошипел мужчина, затыкая мой рот мощным поцелуем.
Я всеми силами пыталась оттолкнуть его, но бессмысленно. Роман был в разы сильнее меня, и я уже тысячу раз пожалела, что подпустила его к себе ближе, чем на метр. Мужчина принялся раздевать меня прямо на крученом стуле, не давая даже пикнуть.
На пороге появился Давид. В недоумении он смотрел на меня и Романа, после чего наконец оттолкнул незваного гостя.
— Придурок, Шишкин! Вали отсюда и не смей трогать жену Стаса! Я сейчас ментов вызову!
Больше слов не нужно было. Словно подстреленный, Роман убежал из кабинета, едва не забыв захватить свою куртку.
— Что ему от тебя нужно было? — вставая рядом со мной, спросил Давид.
— Ты вовремя. Спасибо, — ещё не успев отойти от шока, выдохнула я, — Роман уже похоронил Стаса и предлагал мне стать его любовницей.
— Вот же ж кретин, — сверкнул зубами Давид, — Уже пол-Москвы поимел. Теперь и до тебя добрался.
Я кивнула и опустила глаза.
— Почему ты здесь? Насколько я знаю, ты свою долю продал…
— Алис, я тебя всю неделю искал, с того момента, как меня выписали. Карина рассказала мне о произошедшем, о болезни Стаса, о твоей беременности. Мне очень жаль….
— Не нужно играть в верного друга, — с грубостью отсекла я, — Ты уже показал свою истинную натуру, когда продал свою долю не лучшему другу, а какому-то иностранцу. Ты предал Стаса.
— Так ты не знаешь… — Давид печально вздохнул, опираясь о стол обеими руками.
— Чего я ещё не знаю? — раздраженно фыркнула я, скрестив руки на груди.
— Я не предавал Стаса. Ну, вернее, не совсем…
— А что же тогда? Просвети меня, — я заинтересованно посмотрела на Давида, приподнимая брови.
— Несколько месяцев назад я летал в командировку в Новую Зеландию, — начал Давид, растерянно бегая глазами по столу, — Там я случайно попал в компанию одного бизнесмена. Это был Оливер Трикс. Он лютый картежник, отлично играет в покер. В общем, я согласился с ним сыграть и так вышло, что проиграл немаленькую сумму, которой у меня с собой не было. Короче, я был вынужден отдать ему 25 % акций компании «Габворд». Я знал, что Стас мне этого не простит, вот и не сказал ему, что свою долю проиграл, а не продал.
— Ты проиграл свои акции в покер!? — ошарашенно переспросила я.
— Так вышло… — Давид виновато пожал плечами.
— М-да… Я была о тебе лучшего мнения, — качая головой, произнесла я.
— Прости… — не смотря мне в глаза, сокрушённо произнёс он.
— Это тебе не у меня прощение просить нужно, а у Стаса, который сейчас на грани смерти.
— Я знаю. Был в больнице. Меня не пустили.
— Меня тоже. Туберкулёз заразен. Посещение издалека позволено лишь прямым родственникам.
— Я не понимаю, где Стасян мог подхватить такую страшную болезнь, — берясь за свою голову, тяжело вздохнул Давид.
— Думаю, это из-за курения. Я так и не смогла уберечь Стаса от этой ужасной привычки, — произнесла я, чувствуя, как к горлу начинает приставать тяжёлый ком.
— Нам остаётся лишь молиться. При такой страшной болезни только бог может помочь.
Я прикрыла глаза и резко отвернулась, не желая показывать Давиду свои слёзы, которые я была не в силах сдерживать. Видя моё состояние, Давид поспешил вновь оставить меня одну.
— В общем, я пришёл сказать, что если тебе что-нибудь будет нужно от меня, то ты обращайся. Я всегда помогу, — на последок произнёс Давид.
Я проводила его до двери мёртвым молчание, продолжая смотреть в окно. Коснувшись пальцем запотевшего стекла, я тронула своё отражение. На меня сейчас смотрела измученная девушка, по щекам которой текли слёзы.
«Девочка моя…»
Я обернулась на знакомый голос и окаменела. В самом углу кабинета стоял Стас в белоснежных одеяниях. Меня это жутко напугало и бросило в дрожь.
— Стас, почему ты… — хотела спросить я, но мой мужчина в мгновение оказался перед моим лицом и приставил палец к губам.
«Ничего не говори, моя милая… Ничего не говори…»
