Без пяти одиннадцать ученики неуверенно потянулись к двери. Том словно этого и ждал — поднялся с кресла в углу, где сидел все это время, покусывая кончик пера, и жестом остановил группку второкурсников, которые уже были у выхода. Смотрел он при этом не на них, а на остальную толпу — медленно переводил взгляд с одного лица на другое.
Те, кто был ближе, недоуменно остановились. Шум разговоров на мгновение стих, и, воспользовавшись паузой, Том сказал:
— Все оставайтесь здесь. Никто никуда не идет.
Потом он вышел.
Розье, оказавшийся рядом, быстро закрыл за ним дверь и развернулся к остальным, прижавшись к двери спиной. В руках у него была палочка, которую он небрежно перебрасывал из одной ладони в другую. Я уже понял, в чем соль, и подошел поближе, встав так, чтобы всех видеть. Флинт тяжело вздохнул, но тоже переместился к нам. От толпы неожиданно отделился Касси Малфой и скользнул к двери. Уселся рядом на корточки и подпер подбородок кулаками, глядя на всех исподлобья.
В гостиной тем временем после минутного замешательства опять поднялся шум:
— Эй, вы чего там встали? Мы двигаемся или нет?
— Сказано — не идти в Большой зал.
— А что, приказ отменили?
— Да непонятно... Вроде Риддл велел всем оставаться на местах.
— Ребята, вы совсем обалдели? Причем тут Риддл?
— Хватит дурить! Если не пойдем, нас тоже отчислят, как Доббси!
— Не гони волну. Всех не отчислят.
— Гасси, что происходит?
— Никто никуда не идет, и отстаньте от меня! — это уже Руквуд.
— Да вы все спятили, или что?!
У меня неприятно засосало под ложечкой. Момент был очень опасный. Нас всего пятеро, считая Малфоя. Ну, положим, еще Нотт присоединится — шестеро. Слишком мало, чтобы драться со всем факультетом. Руквуд уже колеблется, потому что неповиновение директору может стоить ему поста старосты школы...
— Да что он себе позволяет, этот Риддл? — раздался возмущенный голос Вальбурги Блэк. Я бросил взгляд в дальний угол гостиной, но Вальбурге не дали разойтись как следует — Альфард, смеясь, взял ее под локоть и что-то стал шептать ей на ухо. Вальбурга раздраженно вырвала руку, но промолчала. Младшие Блэки — Сигнус и Орион — выжидательно смотрели на старших, но, увидев, что те никуда не идут, тоже остались на месте.
К нам протолкался шестикурсник Теренс Грин, загонщик квиддичной команды.
— А ну, дайте пройти!
Розье улыбнулся ему, но с места не сдвинулся. Только палочку перехватил в правую руку и замер. Грин потоптался на месте, потом оглянулся на Дэйвиса в поисках поддержки. Но Дэйвис сидел, уставясь в пол. После того, как осенью на него напала крыса, он все еще толком не пришел в себя и уж точно не хотел ни во что вмешиваться.
— Колин, прекрати эти глупости, дай пройти, — укоризненно сказала Эвелин Трогмортон.
— Нет, солнышко, — Розье покачал головой. — Лично я никуда не пойду и тебе не советую. Давай лучше выпьем по чашечке чаю. Только чуть попозже.
Вилли Трэверс, преисполненный серьезности, принялся отгонять от двери своих сверстников с первого курса.
— Нечего тут торчать. Пошли лучше сыграем в плюй-камни.
— Но директор же велел всем идти в Большой зал, — пискнул какой-то курносый мальчишка в очках.
Вилли вздохнул и посмотрел на него, как на недоумка.
— Том главнее директора, — сказал он с полной убежденностью.
Видимо, это был веский аргумент, потому что мальчишка больше не спорил и отправился искать коробку с плюй-камнями.
Остальные все еще волновались, но уже как-то вяло. Доббс забился в угол и старался привлекать к себе как можно меньше внимания. Мэтью Бэгнолд пытался что-то сказать, размахивал руками, но в общем гуле его никто не слушал. Руквуд зло пнул камин и отошел, всем своим видом показывая, чтобы к нему не приставали. Милли Кларк долго смотрела то на нас, то на Бэгнолда, а потом решительно села в кресло и раскрыла книгу.
Нотт, оседлавший стул и с улыбкой наблюдавший за происходящим, поймал мой взгляд и подмигнул. Видно было, что его все очень забавляет и он уже мысленно сочиняет подробное письмо своему дяде-политику. Я слегка расслабился и выдохнул.
Кажется, нам удалось переломить ситуацию.
Так факультет Слизерин пошел на бунт.
***
Постепенно все угомонились. Стрелки часов на стене общей гостиной показывали десять минут двенадцатого, так что на собрание мы в любом случае опоздали. Кто-то вернулся в спальни, остальные занялись чтением или от нечего делать играли в серсо наколдованными из воздуха огненными кольцами. Однако напряжение не спадало — разговоры то начинались, то обрывались на полуслове. Мы так и не покинули своего поста возле двери, только посменно уходили покурить.
Я понимал, что если миссия Тома не увенчается успехом, то всех, конечно, из Хогвартса не выгонят, но зачинщиков — то бишь, нас — отчислят точно. Но мной овладело какое-то тупое безразличие. Будь что будет.
Часы уже пробили полдень, когда с той стороны в дверь тихонько постучали. Колин открыл. На пороге стоял Том, очень бледный и серьезный. В гостиной моментально стихли все разговоры; на Риддла смотрели десятки глаз. Он молча поднял вверх два пальца. Буква V — victoria, победа.
