— Да, наверное... Я уже давно потерял к ней интерес, а этой зимой вдруг вспомнил о туалете со змейкой, про который рассказывал Руквуд. Ну и решил сходить посмотреть ночью, когда не спалось. Нашел тот самый кран, — Том кивнул на длинный ряд умывальников, — любопытства ради заговорил со змеей. Она мне, естественно, ничего не ответила, потому что неживая. Потом я сказал: "Сезам, откройся!", как в сказке про Али-бабу и сорок разбойников, — и появилась вот эта дыра.
— Откуда, интересно, Слизерин знал сказку об Али-бабе?
— Ниоткуда. "Сезам" я сказал по-английски, потому что в змеином языке нет аналога. Это тут ни при чем, просто забавно.
— Ничего смешного не вижу, — я поплотнее закутался в халат. После увиденного меня колотил озноб. — И что, ты полез в дыру?
— Нет, конечно! Знаешь, совсем не хотелось, тем более, что я не представлял себе, что там внутри. Просто заглянул, потом аккуратно закрыл и пошел спать. А дня через три, в субботу — вы все ушли в Хогсмид, а я сказал, что у меня срочная работа для Меррифот, — отправился в Запретный лес. Мне нужно было гнездо... убежище... не знаю, как правильно перевести на английский. В общем, такое место, где змеи собираются на зиму. Искал полдня, промерз до костей. Потом все же нашел яму под поваленным деревом, раскопал, вытащил из клубка одну гадюку...
— Бр-р!
— Да что здесь такого? Она, конечно, разозлилась, чуть не укусила меня спросонья. Я унес ее в школу и поселил в своей подсобке тайком от Меррифот. Грел под лампой, кормил мышами. Первую неделю гадюка хотела спать и со мной не разговаривала. Потом еще неделю я убеждал ее сползать в подземелье. Еле упросил...
— Почему не империо?
— На змей оно слабо действует, проще договориться. В общем, она согласилась. Я впустил ее в дыру и закрыл вход. Потом каждую ночь проверял, но гадюка вернулась только через трое суток, когда я уже отчаялся дождаться. Так устала и замерзла, что еле могла говорить. Но я все же понял с ее слов, что внизу "очень большая нора", где темно и холодно, что в этой норе есть "каменные деревья", в смысле колонны, и две каменных стены. Они толстые, но можно проползти в щель. За второй стеной спит огромная змея, точнее, не просто змея, а...
Он издал сложное шипение.
— Это на парселтанге, не могу точно перевести на английский. По описанию я понял, что это василиск. Еще там много крыс, но таких здоровенных, что моей гадюке не удалось ими поужинать. Пусть скажет спасибо, что сама хвост унесла.
— И что ты потом делал?
— Скормил ей двух мышей и отнес обратно в лес.
— Да не с гадюкой! С василиском...
— А, понятно. Ничего. Долго думал. Решил, что такая зверюга — это даже неплохо. Ее можно отлично продать на черном рынке по частям. Одна только шкура потянет на тысячу галлеонов, не говоря уже о зубах. Правда, василиска сложно убить, но... В конце концов я решился слазать туда посмотреть. Это было с месяц назад, опять же ночью. Взял с собой зеркало, метлу, чтобы можно было подняться из туннеля...
— Ты ненормальный!
— Я знаю. Но тогда мне казалось, что я все отлично продумал. За дырой в стене начинается спуск вниз, очень скользкий, я пронесся по нему, как на санках. Там очень глубоко, должно быть, миля или больше. Внизу дверь, которая открывается, если заговорить на парселтанге, а за ней — что-то вроде огромного зала. В нем стоит статуя Салазара Слизерина, а в статуе живет василиск. И вот здесь-то, Рэй, я сделал такой промах, что... Я уже нашел вход, нашел василиска и только тут сообразил, что это дивное создание не спит.
— Гадюка тебя обманула?
— Нет. Змеи не умеют врать. Она сама ошиблась — решила, что раз василиск лежит неподвижно и тепла от него почти не чувствуется, значит, он дремлет и не проснется до весны. Но когда появился я, василиск пошевелился и поднял голову. Я с перепугу стал нести всякую ахинею на парселтанге, лишь бы убедить его, что я не съедобен и не враг. Вдобавок даже не мог посмотреть, что он делает. Все вслепую. Но, на мое счастье, василиск принял меня за Салазара Слизерина...
— Ага. Ты вылитый Слизерин, просто одно лицо. Осталось только отрастить козлиную бороденку.
— Не язви. С точки зрения змей все люди ужасно похожи. Вдобавок, кроме Слизерина, этот василиск не встречал других змееустов. Спросил, почему меня так долго не было. Я ответил, что охотился вдали от дома. Пообещал, что приду еще и принесу вкусной еды, а потом сбежал оттуда побыстрее. Вот так мы и познакомились. Потом я спускался туда примерно каждые три дня. Кормил змею кроликами...
— Где ты их брал?
