– То есть ты решил, что толкнуть ее в стену так, что она расцарапала всю свою спину, будет хорошей идеей? – спросил Зверь, в его тоне таилась угроза.
Так он пытается мягко узнать все подробности, а это значит только одно: Кирби не сказала Перри, иначе вопрос Макса не имел бы смысла. А Митчелл точно не была из тех, кто отступает после первого «нет».
– Если во время этого она испытала лучший оргазм в своей жизни, то да.
– Я знал, что они переспали, – ухмыльнулся Даллас. – Но не понимаю, почему ты сбежал от нее?
Два упрямых и дотошных взгляда взбесили меня.
– Она сказала, что воспользовалась мной! Ясно? – вспылил я, осознавая всю абсурдность ситуации. Осознавали ее и парни, потому что в следующее мгновение оба прыснули со смеху. Два бревна рассмеялись так, словно я пришел в костюме клоуна с красным носом. – О да, конечно. Очень смешно! Она могла взять любого в тот вечер, даже тебя, Белл. Ей было плевать, кому отдаться.
– Черт, она тебя поимела, Уилси. Заняла все твои мысли настолько, что ты облажался на тренировке, – присвистнул Дикарь, закатывая рукава толстовки. Его влажные после душа волосы были зачесаны назад, как у ученика католической школы.
– Мне все равно. Мы неплохо трахнулись, но это был самый обычный секс.
Даллас задумчиво почесал подбородок:
– Эта девчонка – огонь. После каждой вашей встречи ты меняешься до неузнаваемости. Она определенно стоит моего времени, поэтому, если предложит мне переспать, я не откажусь.
– Не предложит, – медленно процедил я, глядя на него исподлобья.
Всего на секунду представил Далласа на моем месте и мгновенно почувствовал ярость. Заметив это, он ухмыльнулся:
– Просто признай, что потерял голову от той, кто обращается с тобой так же, как ты с девушками.
– Но это вовсе не так! Ты не слышал, что я сказал? Это просто секс.
Неплохой секс.
– Думаю, вам нужно поговорить с ней. Ты удивишься, как много проблем можно решить простым диалогом. И цветы, просто подари ей цветы. Могу узнать у Перри, какие она любит, – предложил Макс.
Я знал, какие она любит. Ромашки. Стоун и в этом отличалась. Где, черт возьми, мне искать ромашки?
Да и не собирался я их искать.
– Не о чем говорить, ее занесло. Однако все, что произошло дальше, совсем ничего не значит ни для меня, ни для нее. Так и передай Митчелл, это же она подослала тебя ко мне, не так ли?
Зверь дернул подбородком и направился к выходу.
Я ухмыльнулся, но стоило ему скрыться за дверью, улыбка пропала с моих губ. Если я считал себя правым на все сто процентов, то почему чувствовал вину и выбирал ошейник взамен того, что повредил, зная, как сильно она любит их. А еще представлял ее улыбку, когда она увидит его в подарочной упаковке.
Да я, на хрен, еще никогда так не ошибался. Но признать этого не мог, ведь это снова возвращало меня к началу, в прошлое, к той Стоун, которая даже в семнадцать лет обладала такой властью надо мной, которой не было больше ни у кого. И это пугало меня.
Покинув арену, я направился в единственное место, которое хоть ненадолго позволяло мне почувствовать себя нормальным. Оно находилось в пригороде Нью-Йорка, если быть точнее, то ближе к Нью-Джерси, поэтому мне приходилось около полутора часов торчать на трассе в пробке, а после еще пятнадцать минут ехать на север через лес.
Я проехал деревянный стенд, на котором было написано:
Я оставил машину на парковке и направился в главный корпус. Там меня уже ждала Алиссия.
– Как начет чашечки кофе? И в столовой сегодня картофельная запеканка.
Я улыбнулся молодой учительнице:
– С удовольствием.
Я нервно наблюдала за тем, как Присцилла расхаживает по кабинету и разговаривает по телефону.
Утром я как обычно пришла на работу, села за стол и сделала вид, будто вчера ничего не произошло, будто меня не уволили из-за того, в чем я даже не была виновата. Впрочем, остальные тоже предпочли делать вид, что ничего не произошло. Кроме Присциллы, ведь она полностью игнорировала меня, и Аннабет, которая не упускала возможности задеть меня.
Я намерена была поговорить с начальницей, но с самого утра у той не нашлось ни секунды выслушать меня.
– Не переживай, она не может просто выставить тебя. За все время, что я работаю здесь, у Присциллы было не так много стажерок, но ты кажешься лучшей.
Оторвав взгляд от начальницы, я взглянула на Люка и его теплую улыбку, которая была для меня лучиком света в непроглядной тьме. В руках Люка была синяя папка, ведь несколько минут назад он вышел из кабинета Присциллы с утвержденными рекламными макетами.
– Она точно не лучшая, ведь ее уже уволили. А то, что она торчит в офисе с самого утра, лишь показывает, насколько она жалкая, – фыркнула Аннабет, опираясь бедром о край своего стола. – На твоем месте я собирала бы вещи, ведь Присцилла думает, что именно за этим ты и вернулась.
– Что с тобой не так? Это же ты подставила ее! – воскликнул Люк, выдвигаясь вперед и перекрывая мне вид на Роуз.
