Дети ликовали: те, кто могли кричать, кричали, остальные хлопали и топали, прыгали и кружились. И в тот самый момент, когда я не могла собраться и перестать смотреть на него так, словно он был солнцем, Рэй обернулся и взглянул на меня, одаривая той самой улыбкой, которая заставляла все органы в животе рассыпаться в алмазную пыль.
Он и был солнцем, и я с ужасом осознавала, что Уилсон постепенно становился и моим солнцем.
На часах было десять, детей сопроводили в соседние корпуса, где располагались их комнаты. Никто не хотел прощаться с Уилсоном, но после обещания вернуться снова через пару недель и даже захватить с собой парней из клуба дети покорно разошлись.
Зажав в руке поводок, я направлялась к парковке, когда Рэй остановил меня и предложил немного погулять. Я согласилась. Ехать домой совсем не было желания.
Территория центра в вечернее время завораживала своей красотой. Уличные фонари освещали асфальтированные дорожки для прогулок и подсвечивали пожелтевшие кроны деревьев. Воздух здесь был другим – чистым. Легкий ветер доносил запах сырой земли и кедра из леса. Персонал, который не проживал на территории центра, постепенно разъезжался домой. К нам подошла Алиссия, мило улыбнувшись, она попрощалась с нами, пожелала спокойной обратной дороги и уехала.
– Она мне нравится, – сказала я, посильнее закутываясь в куртку.
– Мне тоже.
– Ты… давно с ней знаком?
Уилсон хитро прищурился, уголок его губ дернулся. Я отвернулась от него, ведь не могла больше выдерживать этого «я вижу тебя насквозь» взгляда.
– Она работает здесь со дня основания центра, получается, уже достаточно.
– И за это время вы стали, ну, не знаю, друзьями?
– О чем ты хочешь на самом деле спросить меня, Кирби? Спал ли я с хорошенькой учительницей?
– Не то чтобы это мое дело. В смысле, ты можешь не рассказывать, ведь это не касается меня. И она правда хорошенькая, а кроме того, добрая, веселая, от нее веет теплом и пахнет конфетами. Если бы я была парнем, то определенно обратила бы на нее внимание, – протараторила я, заставляя его испустить смешок.
– Да, она действительно такая, – начал он, заставляя мое сердце подпрыгнуть в груди и рухнуть вниз.
Почему я так реагирую на его слова? Мы не пара и никогда не были, какая мне разница с кем он спал? Почему меня волнует то, что хорошенькая мисс учительница в сотню, нет, в тысячу раз лучше меня?
А в этом даже не было сомнений, ведь за то короткое время, что мы успели поболтать на трибунах, я узнала ее лучше. Алиссия не просто хотела преподавать жестовый язык детям, она мечтала помочь каждому из них. Святая, не иначе.
– Но я не спал с ней, – заключил Уилсон, тем самым прерывая хаотичный поток моих мыслей.
Не спал. Ладно.
Я чувствовала себя идиоткой из-за своего любопытства.
– Я хочу тебе кое-что показать, – сказал он, сцепляя наши пальцы и направляясь к зданию в форме полусферы, которое находилось у самого леса. Оно практически полностью было построено из стекла.
Нас встретили небольшой холл и гардеробная. Уилсон настоятельно рекомендовал снять верхнюю одежду, и я послушала его. Сквозь стеклянную стену, которая отделяла холл от главного зала, пробивался голубой неоновый свет, также я заметила стебли растений, лианы и ветки декоративных папоротников.
– Это сад с цветами? – спросила я, хватая Чарли на руки.
Пса лучше держать рядом, чтобы он ничего не испортил.
– Не совсем так, – ответил Рэй, открывая передо мной двери.
Первое, что бросилось в глаза, – длинная извилистая тропа, выложенная каменной мозаикой. По бокам, словно сопровождая ее, росли кусты мелких роз различных оттенков: розовые, красные, желтые и даже белые. За розами возвышались теплолюбивые фикусы и цветущие кусты барбариса. В помещении было душно, влага оседала на коже. Теперь я понимаю, почему он сказал оставить верхнюю одежду. Здесь жарко, но сад похож на сказку. Затаив дыхание, я разглядывала каждое растение, каждый цветок, каждую свисающую лиану.
– Здесь очень красиво, – выдохнула я, оглядываясь на Уилсона, который беззастенчиво наблюдал за мной.
– Да, потрясающе.
Почему мне показалось, что он имел в виду вовсе не все эти многочисленные растения, а нечто другое?
– Ты сказал, что это не сад с цветами, но что же это тогда? – спросила я, замечая большой фонтан в центре и несколько деревянных скамеек. И вдруг мой взгляд выхватил кое-что еще. Она пролетела мимо, изящно взмахивая черными крыльями, и опустилась на плечо Уилсона.
– Это сад бабочек, – прошептала я, а затем растерянно взглянула на Рэя.
Он мог построить сад с рыбками, лягушками, попугайчиками, одними цветами, в конце концов.
– Почему именно бабочки? – сдавленно спросила я.
Уилсон снисходительно улыбнулся, аккуратно, даже нежно, пересадил бабочку на свои пальцы и приблизил к моему плечу, заставляя ее переползти на меня.
– Сама как думаешь? – спросил он, касаясь огромного зеленого листа и отодвигая его в сторону, являя мне деревянную табличку с вырезанным на ней названием парка.
Всего одно слово, написанное курсивом с крутыми вензелями, прочитав которое, я одеревенела.
Парка назывался «Бабочка».
