Единственным светлым пятном в чертовом мраке была Ава. В легком не по погоде белом платье она шла к нему. Издалека девушка могла сойти за невесту, если бы не вздрагивавшие от слез плечи. Где-то там, вдалеке, из чаши выступили тени – темное обезволенное воинство Блэра. Они застыли молчаливыми свидетелями.
Мужчина протянул Аве руку, предлагая вложить в нее свою… И девушка подала ему ладонь. И, кажется, поцеловала, надолго прижавшись к Высшему магу.
Не было сомнений, что Аврора сделала это по своей воле – как и на Солли, дар Блэра на нее не действовал. Две такие разные, но похожие женщины. Сильная, мудрая, целеустремленная, энергичная Аврора с копной темных волос и белокурый голубоглазый ангел… Солина… неуверенная в себе, замкнутая, так сильно нуждавшаяся в опоре. Только они могли противостоять своему брату и возлюбленному.
Яркая вспышка, ослепившая меня тысячей солнц, сбила с размышлений. Никто толком не понял, что произошло… Но в мир вдруг вернулся свет. Я физически чувствовал, как тьма уходит из него, всасываясь в землю и растворяясь в воздухе. Ядовитое облако тумана рассеялось, являя нам две сплетенные фигуры. А потом Августус осел на траву.
Глаза людей вокруг заискрились, чары спали… И мы поняли, что Августуса Блэра в этом мире больше нет. Аврора, склонившись над ним, странно сияла. Ее волосы, увенчанные старинной диадемой, ссыпали искры на траву. Она смогла? Эта девчонка одолела Блэра? Но как?!
Хрупкая, стройная, но невероятной силы молодая женщина… Я всей душой ей гордился – теперь, когда мог мыслить ясно. В том, что Ава уже не невинное создание, не было сомнений. От нее даже на расстоянии исходила взрослая мудрость, решимость… и боль. Отчаяние женщины, навсегда простившейся с любимым.
Я смотрел, как Ава гладит Блэра по волосам, ставшим будто бы белее. Слышал крик Солли, просившей выпустить ее к брату… Машинально прижимал жену к себе. Лишь благодаря ей и ее наивной влюбленности Блэр не поглотил род Карповских и не направил в сражение.
Я не уставал удивляться, что Августус – страшный Высший маг, последний нашего времени, вознамерившийся перекроить целый мир, – был способен на нежные чувства. К сестре, к друзьям… И, особенно, к графине Воронцовой… Он пришел ее не убить – забрать. Но Аврора приняла свое решение.
Смог бы я убить любимого человека? Я глянул на Солли, рвущую на себе волосы и стонущую дикой тигрицей… Нет. Никогда.
