Риз, до той поры с ужасом смотрящий на происходящее, опомнился, и сам не осознавая, провернул перстень внутрь ладони, до боли сжимая камень, вделанный в него. Мгновение, и его вторая сущность ударила монстра в грудь – мотнувшаяся голова столкнулась с головой непонятно откуда появившегося дракона. И северяне, и имперцы, спасаясь, бросились врассыпную, не желая угодить под лапы страшных чудовищ.
Риз вцепился зубами в крыло Гелерда. Рванул на себя, но противник ударил его в горло, и юноша отлетел в сторону. Давя лапами тела мёртвых и раненых, Великий Магистр бросился на своего упавшего врага, но когда он навис над ним, юноша, словно борец, обоими лапами швырнул его через себя, опрокидывая на спину. Взмахнув крыльями, Риз взлетел и тут же камнем бросился вниз, на Гелерда. Старый, боевой маг принял его грудь в грудь, после чего они оба превратились в единое целое, катаясь по песку огромным, чёрным шаром. Ни на мгновенье не расцепляясь, они поливали друг друга пламенем, тратя на это долго копившуюся энергию.
Никто из людей и не подумал помочь кому-нибудь из них. Только одинокий всадник, на красивом, белом скакуне спешил туда, где в облаке пыли и песка, бились два существа, способных уничтожить десять таких воинств, встретившихся сегодня.
Риз истощился раньше. Его дракон растаял дымкой, словно и не было его никогда. Юноша остался один на один с жутким чудовищем, способным без труда раздавить его.
И в этот момент, выпорхнув из седла, рядом с ним появилась Саффи. На ходу выхватывая из ножен кинжал, она рассекла завязки своего доспеха и рванула отворот куртки, обнажая грудь. Присев рядом с ним, девушка вложила клинок в его руку и приставила остриё в область своего сердца.
– Убей меня, Риз. – закричала она в иступлении, будто он находился далеко отсюда. – Убей и победи его. Ну же, смелей. Я люблю тебя. Отомсти за меня.
Она подалась вперёд, направляя его руку, но в последний миг Риз умудрился отвести лезвие, лишь слегка оцарапавшее плечо.
– Нет, Саффи, нет! – он притянул её к себе и поцеловал в губы. Силы оставили его и он в изнеможении опрокинулся на спину.
Тогда девушка, совсем обезумев, выхватила лук и принялась одну за одной посылать стрелы в дракона, которые не могли причинить тому ни малейшего вреда. А когда они закончились, она встала между ними, и выхватив меч, глядя в глаза чудовищу, закричала с решимостью биться до последнего:
– Уходи. Я не отдам его тебе. Убирайся!
И дракон отступил. Хрупкая девушка, которую он мог превратить в кровавое месиво одним движением, гнала его прочь. Монстр взмахнул крыльями и взмыл в небо, оставляя поле боя, и спустя насколько минут исчез в направлении Массала.
От Матвея 26:15
Тихонько скрипнула дверь, но маг и не подумал обернуться. Даже если бы это были заговорщики, пришедшие с целью его убить, пожалуй, и тогда он не обратил на это внимание.
Гелерд сидел на стуле посреди огромного зала и раскачивался, словно убаюкивал себя. Так обычно ведут, когда что-то болит – зубы там или живот. У мага болела душа. Вернее, то, что от неё осталось, то что не успел он выдавить из себя за двести с лишним лет предательств и убийств. Он завидовал простым бандитам, убивавшим в подворотнях – те легко забывали своих жертв, ведь они для них ничего не значили.
А для Гелерда каждая, пусть и ненадолго, но целиком заполняла его душу, пока он их не убивал – для этого он и любил. Извращённое сознание мага каждый раз требовало всё более изощрённого издевательства над собственной душой. И каждый раз было больно. Он так и не привык к этому, как ни старался.
– Это я. – виноватым голосом, робко сказал Гар. – Прости, что ослушался, но я не хочу расставаться с тобой.
Мальчик с затаённой надеждой и слезами на глазах смотрел в спину своего брата, готовый броситься ему в объятия. И дело было не в том, что маг поднял его из грязи, в одно мгновенье превратив в родственника всемогущего Великого Магистра. Он его полюбил.
– Сбежал? – с грустной усмешкой не то спросил, не то подтвердил Гелерд. – Я ведь велю оторвать головы тем, кому тебя поручил.
Он наконец обернулся и Гар не узнал брата. Вместо прежнего, пусть и седого, но ещё крепкого мужчины на него смотрел дряхлый старец. И хотя это было не так явно, но смертельно уставшие глаза говорили о близком конце.
Маг насколько мог мягко улыбнулся и протянул руки к мальчику. Гар не раздумывая кинулся ему навстречу, заливаясь слезами.
– Не прогоняй меня, пожалуйста. – тощие плечики, трясясь, прижимались к груди мага. – Я буду послушным. – умолял Гар, будто любить можно только покорных детей.
Гелерд, гладя по его бритой головке, смотрел в потолок, словно боялся, что на глазах выступят слёзы. Но слезницы давно высохли, и маг позабыл, как это – плакать.
– Если бы я мог встретить тебя раньше. – прошептал он на ухо Гару. – Если бы мне посчастливилось.
– То, что? – мальчик обхватил его за шею. – Что тогда?
