– Да, он бог войны, так что мысль логичная, – говорит Аид. – Но он напомнил поборникам, что в Древнем мире почти любой бог войны должен был защищать свою общину, свой народ. Его Подвиг был об этом. Каждому был выдан детеныш химеры. Надо было вернуть его в гнездо так, чтобы и детеныш их не искалечил, и их мать не уничтожила Лариссу – город в Греции, куда забрали малышей.
Интересно.
– Сэмюэл сильно пострадал.
У меня перехватывает дыхание:
– Он ведь не…
– Нет, – отвечает Аид. – Пока нет. Я ссудил Зевсу врачей, которые работали над тобой.
А значит, никто из добродетели Силы не выиграл Подвиг, иначе Асклепий исцелил бы его.
– Спасибо тебе за это.
Я делаю паузу, изучая его. Не уверена, что Аид сделал бы это сам. Но ради меня…
«Нет. Глупая идея, Лайра».
Я заставляю мысли вернуться к Подвигам. И почти не хочу задавать следующий вопрос.
– Кто победил?
Он так колеблется с ответом, что может уже и не говорить. Я и так понимаю.
– Диего.
О боги.
– Его награда – копье, складывающееся до карманных размеров. – Голос Аида звучит как будто из какого-то туннеля.
Я закрываю глаза, чтобы сдержать панику, заталкивая отчаяние и ужасную правду поглубже, чтобы не было так больно. Чтобы я могла думать.
Зэй выиграл один Подвиг. Значит, у него два. А Диего… теперь три. Учитывая, что осталось всего два, я могу надеяться максимум сравняться с лидером, и для этого мне надо обойти Зэя.
– Что они делают в случае ничьей? – Я заставляю себя открыть глаза навстречу ответу.
– По ситуации, – медленно говорит Аид. – Но двух победителей они не допустят. Правитель богов может быть только один.
«Сука».
Я хочу кричать это слово. Кричать на несправедливость. Просто… кричать.
Нет. Я сжимаю свободную ладонь в кулак на коленях. Ставки слишком высоки, и я не могу позволить себе тратить время на упоение горем. Я должна думать.
– Все равно я должна попробовать. Еще есть шанс на ничью.
Хмурым взглядом Аида можно дробить железобетон.
– Ты едва сидеть можешь.
Я бросаю такой же хмурый взгляд в ответ.
– Тогда лучше неси свою задницу на Олимп и выиграй мне еще пару дней. Я справлюсь.
Он встает с кресла и проводит рукой по волосам, отворачиваясь от меня. Даже в его напряженных плечах читаются раздумья обо всех способах заставить меня не делать этого.
– Не заставляй меня подвергать тебя еще большим опасностям, – говорит он тоном, которого я не слышала раньше.
Разве он не видит? Если я не сделаю этого, то возненавижу себя.
– Аид. – Я произношу его имя тихо, и его спина напрягается еще сильнее, как будто он готов сорваться. – Пожалуйста. Я
– Твою мать, – бормочет он. Упирает руки в бока, опускает голову, его плечи поднимаются и опадают. – Ладно. Я поговорю с ними.
Когда ты можешь потерять все, ты начинаешь придумывать всякую хрень, из-за которой тебя покарают.
Этим мы и займемся сегодня вечером. В любую минуту, так-то.
«Мойры, прошу, будьте на нашей стороне, и пусть все получится».
Мы должны быть очень осторожны в своих действиях, чтобы избежать нарушения Аидом правила «Не вмешиваться». И по моей просьбе Аид приводит… гостей… в свой дом. Харон чуть на задницу не шлепнулся, когда Аид ему сказал. Как они смогут войти в Нижний мир и выйти из него без метки, похожей на ту, что Аид дал мне, я не знаю – и не спрашиваю. Но для всех остальных это вечеринка для поборников из разряда «ура, мне стало лучше, давайте наверстаем все, что я пропустила».
Учитывая размеры местного дома Аида, можно подумать, что развлекуха здесь бывает часто. Особняк – это мягко сказано. З
На данный момент я уверена, что исходила только пятьдесят процентов территории и внесла в список минимум тринадцать спален, две столовые: одну формальную и одну неформальную, под стеклянной крышей. Еще тут есть сауна, массажная, библиотека, куда Аид перенес меня после смерти Буна (и она заставит покраснеть библиотеку сказочного Чудовища), три отдельных жилых помещения в этих стенах и по крайней мере еще три за их пределами: одно на крыше, где я нахожусь сейчас, одно у бассейна и одно в саду, от которого у меня захватило дух. Две кухни внутри: одна для личного пользования Аида и одна большая для местных слуг – и еще одна снаружи. Крытый бассейн и спортзал, пруд под открытым небом, а еще там же бассейн, или, точнее, ряд бассейнов, объединенных в роскошный пейзаж, бурлящий и разнообразный: с мостами, гротами и один даже с пляжными домиками на островах.
Отдыхай, Олимп.
Дом Аида в Нижнем мире буквально кричит об этом.
Когда остальные поборники явятся, их ждет сюрприз. Я почти улыбаюсь, представляя их реакцию. Пышность и роскошь одновременно и бросаются в глаза, и исполнены тонкого вкуса. Как и в пентхаусе, вокруг царит эклектика. Смесь стилей со всего мира.
