Выделялся из строя Дмитрий Афанасьев, атлетического сложения боец, спортсмен, многократный призер соревнований по пятиборью. Всю жизнь он тренировался, поэтому привык выстраивать свои действия согласно дисциплине. Если необходимо, если есть приказ, значит, надо его выполнять, выкладываясь полностью. Поэтому он одним из первых вызвался идти в разведку в составе отряда капитана Шубина.
Рядом с ним почти ребенком казался рядовой Егор Ерошко, который очень переживал, что его не возьмут в эту группу. Стоял, насупленный и серьезный, сжимая свою «мосинку», хоть сейчас готовый идти в атаку. На фронте он был совсем недавно, потому что из-за невысокого роста круглоголового коренастого парнишку не хотели призывать раньше срока. Оказавшись в Красной армии, мальчишка изо всех сил старался: первым шел в атаку, стрелял метко и кидался на врагов безо всякого страха, словно отважный маленький пес, несмотря на разницу в росте с остальными, несмотря на скромные физические данные, мужества Егору было не занимать.
Еще один сержант в отряде Шубина держался скромно, стоял в сторонке. Николай Гусько не привык выступать на собраниях, даже выдавить из себя пару слов перед строем было для него мучением, зато он отличался золотыми руками, которые помогали всей роте. Чинил заклинившие винтовки и автоматы, мог помочь завести машину, а в минуты затишья латал товарищам обувь, да так, что ей потом не было сносу.
Отдельной группкой жались скромно двое рядовых, с первого взгляда похожих друг на друга бритыми головами, по-детски еще круглыми личиками и блестящими от восторга глазами. Леонид Марцев и Гоша Борисевич, оба почти мальчишки, первый год на фронте, при этом они сразу обратили на себя внимание командиров. Борисевич, живой и подвижный как ртуть, отличался удивительной выносливостью и терпением. Всегда готов был выполнить приказ командира, легко, без нытья, проходил он многокилометровые марши и с детским любопытством мгновенно осваивал любую науку. За короткое время на фронте он научился минированию, мог заменить связиста, а еще успел послужить в полевом госпитале санитаром. Множество талантов жило в этом парнишке, и не просто жило, а кипело, не давая ему спокойно усидеть на месте.
Марцев хоть и был схож с ним по возрасту и росту, отличался степенностью и сосредоточенностью. Он все делал веско и четко, слова и поступки будто отмерял невидимыми весами. На фронте Леонид быстро стал одним из самых метких снайперов, отличался умением бить именно офицерский состав фашистов.
Замыкал строй Авдей Кикин, громогласный и энергичный сержант. Его главным оружием было слово и напор, яростный и такой стремительный, что немцы бежали при виде этого бойца. От его зычного голоса, отборной брани и у других солдат словно внутри вспыхивал огонь упрямства и дерзости, отчего шли они на противника смело, будто были бессмертными и всесильными. Не раз поднимал Кикин свой взвод в атаку и вел на врага, обращал его в бегство и тем добывал свою маленькую победу на поле боя.
Каждого бойца по характеристикам их командиров одобрил комбат. Разношерстный состав с разным набором навыков, талантами и характерами мог помочь капитану Шубину выйти из любой ситуации, найти нужное решение, выжить в лесу или в поле без инструментов и оружия. Маленький отряд был готов действовать решительно и дерзко, что и требовалось в предстоящем рейде.
Капитан Шубин оглядел подчиненных, которые замерли перед ним у входа в командирскую землянку. Вместе с командиром – десять бойцов, крохотный отряд. Те, в свою очередь, не сводили внимательных взглядов с легендарного разведчика.
Глеб понимал, что ни у одного из них нет опыта разведки, но ему сейчас были нужны не просто разведчики, ведь собирался он не на обычную вылазку. Скромному отряду предстояло опасное дело – вызвать огонь противника на себя, спровоцировать немца на активность, причем на его территории. А после рейда его отряд должен будет покинуть поле боя, если, конечно, будет кому покидать…
Капитан запомнил, как зовут его бойцов, и только догадывался, что у каждого из них за плечами. Хотя сейчас главным было другое: эти ребята собрались здесь не случайно, надо иметь много мужества, чтобы решиться на этот смертельный бросок. Каждый боец сделал этот выбор, думая о победе, о своих родных, о мести врагу, каждый был готов отдать жизнь, для того чтобы остались в живых сотни людей.
Шубин заговорил тихо:
