Они вернулись обратно короткими перебежками на исходный рубеж, там их ждала, изнывая от волнения, остальная группа. При виде появившихся из темноты фигур Борисевич ахнул:
– А где же товарищ капитан? Вы что, вы без него ушли?
Пожилой ефрейтор Кликунец одернул парнишку, ведь только что втолковывал ему, что дисциплина, тем более в разведке, прежде всего. Подумай, прежде чем нарушать приказ или задавать неуместные вопросы. Тем более с ним в группе опытные бойцы и командиры, и если они принимают какое-то решение, значит, по-другому никак, этого требует боевая обстановка.
Становой растерянно развел руками:
– Мы не поняли, что произошло. Только прошли свои маршруты, подсчитали огневые точки, подходы, расстояние и остальные сведения, на которые велено было обратить внимание, товарищ командир вдруг как сквозь землю провалился. Он центральную часть обследовал, а вот обратно в условленное время, через двадцать минут, не вернулся. Мы его подождали еще немного, затем согласно инструкции выдвинулись назад. Никакого шума на укреплении не было, навряд ли его захватили в плен.
Кликунец поскреб в затылке и переглянулся с остальными – что же тогда приключилось с их командиром, куда он пропал?
Когда охрана была уничтожена, Шубин тем же путем спустился вниз, вернее, практически скатился кубарем. Рыхлый склон на спуске оказался не таким удобным, как при подъеме: Глеб не успевал ухватиться за выступы и замедлить движение, поэтому промчался по скользкой глинистой стене как с ледяной горки. На шее у него болтались автоматы убитых часовых – оружие могло пригодиться во время разведки боем.
Оказавшись внизу, он замер и прислушался к звукам наверху – все спокойно. Отошел на безопасное расстояние и скинул грудой тяжелое железо. Освободившись от тяжести, Глеб бросился со всех ног к заветной опушке, понимая, что просрочил назначенную встречу, его напарники уже давно вернулись к своим и теперь наверняка в растерянности думают, что делать дальше.
Капитан подал условный знак – крик совы, чтобы обозначить свое возвращение. Иначе, без предупреждения, его бойцы не поняли бы, кто это вдруг вынырнул из темноты, да еще в немецкой форме.
Едва он успел показаться на краю леса, как ему навстречу, сначала с опаской, потом уверенно кинулись разведчики его группы:
– Товарищ командир! Вернулись! Да еще в таком виде!
– Тише, тише, – оборвал их капитан. – Это для маскировки. Сейчас действуем по плану, причем немедленно, пока фашисты не очухались. Я снял часовых, чтобы усилить суматоху.
От такой новости молодые Марцев и Борисевич даже ахнули: вот так смельчак, один проник на вражескую позицию и ликвидировал охрану.
Но Глеб уже об этом не думал, он стремительно выстраивал следующий этап их действий.
– Все на свои позиции, выдвигаемся, как и было запланировано. Пока немцы не обнаружили своих убитых, можем двигаться быстрее. В запасе на наблюдении остаются Ерошко и Кликунец, людей понадобится больше, линия укрепления длиннее, чем кажется отсюда, и изгибается по флангам. Борисевич с группой – крайняя левая позиция. Штурма не будет, нет смысла, немцев слишком много. Идти туда нашим составом – верная гибель. Будем только провоцировать их стрельбой как можно дольше, чтобы в подробностях разглядеть расположение огневых точек, траекторию стрельбы и вооружение. Задача ясна?
Ответом были дружные кивки головами. Вместе с командиром разведчики выдвинулись в намеченном направлении. Уже через пару минут они оказались на краю поля. Здесь Глеб снова прислушался к темному холму, занятому немцами: тишина, никто пока ничего не обнаружил.
По взмаху руки цепочка двинулась через поле следом за командиром. Хотя ночной полог закрывал почти все пространство, Глеб ориентировался интуитивно, направляя подчиненных в нужную сторону. Он нашел для них в центре площадки небольшой холмик, за которым можно было укрыться.
– Здесь двое, остальные – по полю согласно приказу. Ищите похожие укрытия, а лучше природные углубления – ямки, овражки. Расстояние между позициями – не меньше пятидесяти метров. По моему выстрелу открываем огонь одиночными выстрелами, каждый в своем направлении. После нескольких выстрелов сдвигаете позицию как по линии огня, так и в глубину, выбирая удачный момент для передвижения. Будем двигаться самостоятельно, как я вам объяснял, чтобы немцы не могли определить цели и стреляли сразу из всех стволов. Тогда будут видны огневые точки.
Он понимал, что не может с каждым пройтись по полю и найти удобное и безопасное место для ведения огня, поэтому так долго объяснял разведчикам, что от них требуется. К счастью, все без его подсказок выбрали для себя подходящие убежища.
Этот план они обсудили еще в землянке комбата. Каждый знал свою роль и понимал, что в темноте по ним будет палить, может быть, сотня автоматов, винтовок и пулеметов. Даже постоянное передвижение и темнота не смогут уберечь от случайной пули. Но если они останутся на этом поле, то не напрасно – их товарищи засекут расположение вражеских позиций.
В центре вместе с командиром остались Борисевич и сержант Гусько.
