Шубин указал на пятачок поодаль, где высилось что-то темное и бесформенное, он только сейчас приметил эту площадку рядом с загибом линии холма:
– Надо бы проверить, что там. Не танки ли спрятались? – Он выбрал самого шустрого бойца. – Борисевич, давай туда и обратно. Успеешь за пятнадцать минут? Часовых не трогай, себя не проявляй, главное, выясни, что там припрятано у фрицев. Атаку начнем чуть позднее, не нравится мне эта куча, слишком грозно выглядит.
Рядовой Борисевич вскочил с земли и бросился выполнять приказ. Он был тонкий и подвижный, как гуттаперчевый акробат, поэтому каждый шаг давался ему легко. Пружинистыми прыжками парень промчался по полю и скоро скрылся во мраке.
Остальные разведчики замерли в молчаливом ожидании, каждый вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть немецкие фортификации.
Холм чернел впереди, напоминая невысокую крепость, которую вот-вот они будут атаковать. Загремят винтовки и автоматы, которые командир добыл во время вылазки внутрь убежища, вот тогда начнется настоящая огненная буря.
Минуты тянулись медленно, казалось, что они целую вечность лежат в этом поле. Перед ними огромный великан, который может проснуться в любую секунду и опалить их огнем, а они совсем крошечные по сравнению с ним. И все же они готовы вступить в этот неравный бой, сразиться с любым противником.
Наконец, вприпрыжку вернулся Гоша и радостно зашептал Шубину:
– Там бронетранспортеры и еще ящики с минами! Целая гора! А часовые дрыхнут, я прямо рядом с одним прополз, а он даже не шелохнулся.
Но капитан Шубин не спешил с выводами:
– Могли уже проснуться, так что ты давай потише.
Из сумрака вынырнул лейтенант Ключевской, который издалека слышал разговор. Он вдруг предложил:
– Товарищ капитан, что, если нам захватить «Ханомаги»? Уберем охрану, я умею управлять таким транспортом.
Шубин тоже подумал об этом секунду назад, но одного водителя, он имел в виду себя, будет недостаточно. Идея пришла ему в голову одновременно со старшим лейтенантом Ключевским. Вот три бронетранспортера могут им помочь, станут укрытием в чистом поле и дадут возможность как можно дольше вести огонь.
Он уточнил:
– А еще водители в группе есть?
Лежащий рядом с ним сержант Гусько спокойно ответил:
– Товарищ командир, я до войны баранку крутил на молоковозе. Так что умею. Правда, на немчуре поганой не катался.
Ключевской принялся радостно объяснять добровольцу, поддержавшему его идею:
– Там все то же самое, считай, тот же руль, тормоза. Гидравлика стоит, чтобы легче крутить руль, мягче, чем на нашем транспорте. Ну и гусеницы работают, движется не споро.
– Нужен третий, – покачал головой командир. – Две машины – слишком мало, это нам ничего не даст. Только переполошим всех и разбазарим силы.
Гоша беспокойно завозился на своем месте:
– Товарищ командир, разрешите я пойду? Ну я водить-то водил, просто… у бати на коленках. Он малого меня за руль сажал, соображу, на что жать и как руль крутить. Я даже на курсы ДОСААФ хотел пойти на шофера, не успел только. Чего тут, проехать-то немного надо.
Это решение капитан Шубин принимал с сомнением – очень уж рискованно: вдруг не смогут бойцы завести машины, а значит, пока вернутся назад, выпадут из дела. А еще их атака может наделать шума в самом укреплении. Один выстрел при попытке заполучить «Ханомаги» или крик могут стать решающими. Поднимется тревога, из-за этого стычка с немцами начнется раньше, чем ребята вернутся на свои позиции.
Но тут же сам себя и успокоил: предупреждал же, что планы могут меняться на ходу, и надо быстро приспосабливаться к меняющимся условиям. Риск есть, но если все получится, это даст преимущество.
Обдумав все хорошенько, капитан сдержанно кивнул:
– Хорошо, но у вас будет всего полчаса. Если не выйдет, поднимется тревога, то мы не придем вам на помощь, понимаете? Главное – выполнить боевую задачу и собрать сведения. Мы не можем распыляться.
Глебу было тяжело раз за разом повторять это своим ребятам, но они должны понимать, что любая неудача сразу обернется тяжелым провалом. Гибелью или пленом.
Он предупредил добровольцев:
– Через полчаса атакуем оставшимися силами.
Лейтенант Ключевской горячо заявил:
– Все получится, товарищ командир!
Трое смельчаков двинулись в короткий, но очень опасный путь. Остальная часть группы следила за ними с пристальным вниманием, хотя в темноте мало что было видно, лишь очертания замаскированных машин вдалеке. А ползущая по земле троица тут же слилась с землей, словно нырнула в безграничный океан.
Минуты тянулись медленно, невыносимо тяжело было ждать в этой неопределенности. Глеб был уже на пределе терпения, хотя и понимал, что эти машины нужны, чтобы облегчить предстоящую атаку. И все же изнывал от беспокойства, что вот-вот будут обнаружены трупы снятых им часовых.
