К вечеру 9 декабря этот приказ был опубликован в Куртинском лагере. Из оставшихся в лагере 7000 человек ни один не выразил согласия пойти на работу. Тогда генерал Комби принимает новое решение. Он издает ультиматум, подобный тому, который был издан 16 сентября генералом Занкевичем, с той лишь разницей, что в ультиматуме [249] Занкевича для изъявления покорности русским солдатам давался срок в 48 часов, а в ультиматуме генерала Комби этот срок был сокращен до 3 часов. Ультиматум генерала Комби был доведен до сведения куртинцев. Но он ничего не изменил. Добровольцев идти на работы, а тем более служить в легионе, не оказалось. Тогда генерал Комби отдал распоряжение полковнику Котовичу ночью окружить бараки и казармы французскими солдатами и лишить русских солдат возможности общаться друг с другом.
Вооруженные солдаты французских полков во главе со своими и русскими офицерами под командой полковника Котовича ночью внезапно окружили бараки и казармы и начали расправу над безоружными людьми. Чтобы заставить солдат дать свое согласие идти на работу, их подвергали 15–20 ударам прикладом. К тем, кто не подчинялись, применяли другие меры физического воздействия. Таким путем был составлен список «добровольцев».
В результате избиения, длившегося всю ночь, было завербовано на работы около 1100 человек. Не допуская ни минуты промедления, дабы не дать «добровольцам» одуматься, к 5 часам вечера 10 декабря к станции ля-Куртин подали два эшелона, и тут же началась посадка. За каких-нибудь 3 часа 1100 человек успели рассадить по вагонам, выдать «продукты питания» и отправить по назначению. Эти эшелоны «добровольцев» довезли до ближайшей станции, там посадили в другие поезда и группами, по 150–200 человек, развезли в разные районы страны.
Но в лагере еще оставалось около 6000 человек. Генерал Комби продолжал проводить в лагере вербовку, прибегая к тем же методам. В течение двух следующих дней в лагере ля-Куртин можно было слышать крики и стоны русских солдат, избиваемых французскими вербовщиками. Но новых «добровольцев» эта вербовка не дала. Русские солдаты мужественно переносили все издевательства и стояли на своем. Они требовали отправить их в Россию. После этого французское военное командование оставило попытки заставить остальных русских солдат пойти в легион или на работы. Оно приказало генералу Комби начать формирование из русских солдат Куртинского лагеря отрядов для отправки в Африку. Получив приказ, генерал Комби поручает своему офицеру штаба — капитану Дофэну — из оставшихся куртинцев сформировать 4 отряда, по 1500 человек каждый. [250]
В каждый отряд были назначены французские офицеры, говорившие по-русски, которым и поручалось сопровождать «мятежников» в Алжир.
Военный комиссар русских войск во Франции эсер Михайлов, сменивший к этому времени Раппа, узнав решение французских властей, прибыл из Бордо в лагерь ля-Куртин. Он обратился с речью к куртинцам, прося их одуматься, поразмыслить над тем, что их ожидает в знойной стране. Но куртинцы терпеливо выслушали речь Михайлова и молча разошлись.
13 декабря 1917 года первая группа русских революционных солдат лагеря ля-Куртин численностью в 1500 человек под усиленным конвоем была направлена через Марсель в Северную Африку. 19 декабря туда же направили вторую группу и в ночь на 20 декабря — две последние группы.
Так закончилась неравная борьба русских революционных солдат лагеря ля-Куртин с французской и русской реакцией.
20 декабря 1917 года к вечеру казармы лагеря ля-Куртин заняли первые батальоны американской дивизии.
Итак, основная масса русских солдат лагеря ля-Куртин осталась верной тому революционному знамени, под которым она многие месяцы вела борьбу и после расстрела Куртинского лагеря. Русские солдаты с негодованием отвергли все предложения французских властей, направленные на то, чтобы помешать им вернуться на Родину. И французская буржуазия жестоко расправилась с ними. Применяя силу, она отправила многие тысячи русских солдат на каторжные работы в Северную Африку. Так же жестоко расправилась французская реакция и с теми куртинцами, которых она считала руководителями и организаторами русских революционных солдат 1-й особой дивизии.
Утром 22 сентября 1917 г. на станцию ля-Куртин подошел поезд в составе 13 товарных вагонов. С противоположного холма, где размещался штаб главноначальствующего русскими войсками во Франции генерала Занкевича, на станцию ля-Куртин привели 390 человек арестованных, бывших руководителей и актив лагеря ля-Куртин. Среди них 90 человек руководителей ротных, полковых комитетов солдатских депутатов, в том числе и руководители Куртинского Совета, Все руководство солдатских комитетов 1-й бригады разместили отдельно в трех товарных вагонах. В другие 10 вагонов разместили остальных 300 куртинцев.
