— И чего ты хочешь, Руслан? — с усмешкой спрашивает Марк. — Денег? В мое кресло? Славы? Чего?— Ее хочу, — чеканит слова, заставляя мое сердце ухнуть вниз.— Кого ее? — будто не понимает Марк.— Бабу твою хочу, говорю. Вот эту, которая за креслом твоим стоит и глаза в пол опустила. Ты на меня наехал, а я ее…Марк взрывается. Ударяет кулаком по столу и встает.— Ты переходишь все границы!— Сядь и рот закрой. О границах раньше нужно было думать, когда ты против меня пошел. Сейчас ее хочу.— Я не даю согласия.— Я его и не спрашиваю. Ты пришлешь ее ко мне в дом. Сегодня же, иначе уже завтра сядешь за решетку.
Ева
— Расскажешь, куда мы едем? — поворачиваюсь к Марку и кладу руку ему на колено.
Он так любит, а я уже привыкла. Выработала в себе умение делать так, как нравится ему.
— Это сюрприз, — он улыбается и в уголках его глаз собираются одинокие морщинки. — Тебе очень понравится.
На мне короткое вечернее платье с глубоким декольте и открытой спиной. Я не фанатка подобных нарядов, но Марк настоял, сказав, что в этом я буду выглядеть сногсшибательно. Отражение в зеркале подтвердило его слова. Мне и правда идет. Стройные ноги, тонкая талия, грудь на крепкую троечку сделали свое дело: платье сидит идеально.
Ко всему прочему распущенные волосы, выглаженные утюжком, и неброский, хотя и вечерний макияж.
Когда машина останавливается у голубой неоновой вывески, меня накрывает волнением. Руки начинают трястись, сердце пропускает пару гулких ударов, а по спине стекает капля холодного пота. Виной тому воспоминания, которые я никак не могу выбросить из головы, хотя прошло уже семь лет. Я как будто ощущаю запах перегара, вонь немытого мужского тела и слышу противный гогот.
Их было трое, а я одна.
Я даже пискнуть не успела, как мне заткнули рот и выволокли из клуба через черный ход, а дальше потащили к гаражам, где обычно никто не ходит. Марк спас меня ценой собственного здоровья. Отвлек нелюдей на себя и подставился под удар. Они избивали его, пока я истошно кричала и умоляла их остановиться.
Прошло семь лет, за которые я успешно забыла о клубах, хотя о том, что случилось забыть не смогла. Воспоминания до сих пор душат с огромной силой, поэтому когда приходит время выходить, я сижу и не могу пошевелиться.
— Ева.
— Я не могу. Марк, пожалуйста, давай уедем.
Я слишком редко о чем-то прошу его, но даже это не дает ему повода утвердительно кивнуть и отдать приказ водителю ехать домой. Вместо этого он мотает головой и произносит:
— Не волнуйся, все будет в порядке.
С этими словами он покидает салон автомобиля, а я, как загнанная в тупик лань, жду момента, когда с моей стороны откроется дверца, и мне придется покинуть машину. Это происходит слишком быстро, Марк протягивает мне руку, в которую я тут же вкладываю свою ладошку, и тянет меня на выход.
Прохладный вечерний воздух чуть расслабляет меня, но я все еще не могу сделать и шага. Как войти туда, откуда меня выволокли за несколько минут и едва не изнасиловали? Но самое ужасное — никто ведь даже не заступился, хотя многие видели, что я сопротивляюсь.
— Ева, семь лет прошло, — напоминает Марк. — Хватит трястись, я радом, с нами охрана. Этот клуб — не та дешевая дискотека, куда ты пошла тогда.
Мой непонимающий взгляд цепляется за отросшую щетину, проходится по губам, острым скулам, останавливается на темных уверенных глазах.
— Его давно закрыли, — произносит он. — Владелец “Прайда” — мой лучший друг. Брось, Ева, тебе двадцать семь, а ты была в клубе один раз и тот запомнился тебе как худший день в жизни. Идем, — его уверенная ладонь сжимает мою, и я поддаюсь.
Иду за ним, когда он тянет меня ко входу. Мы останавливаемся, чтобы охрана проверила нас и этого времени хватает, чтобы перевести дух.
Стоит мне попасть внутрь, как я понимаю, что здесь изменилось все: расположение барной стойки, сцены для живой музыки, танцпол, интерьер. Марк прав, это больше не тот дешевый ночной клуб, в котором я когда-то была. Здесь все изменилось. Прежним осталось, пожалуй, только здание.
— Нравится? — Марк притягивает меня к себе за талию и целует в висок. — Здесь ты в полной безопасности, малыш. Наши парни будут по всему периметру, плюс охрана клуба.
— А ты? — растерянно спрашиваю.
— И я, малыш.
— Теперь я точно спокойна.
И я не кривлю душой. Кто бы ни был рядом со мной, сколько бы охранников не находилось в клубе, я ни за что не останусь здесь без Марка.
Он ведет меня к барной стойке, заказывает несколько шотов для себя и коктейль мне.
— Выпьем, расслабимся, — шепчет мне на ухо. — Хочу увидеть, как ты танцуешь.
— Ты же знаешь, — смущенно отвечаю.
— Это другое. Я хочу, чтобы все знали, что ты моя. Смотрели, завидовали и не смели приблизиться. Твой коктейль, — Марк протягивает мне бокал с оранжевым содержимым.
Обычно я не пью, не люблю терять контроль и управление ситуацией, а еще боюсь сказать что-то лишнее, но сейчас мне это нужно, чтобы сбросить сковавшее тело напряжение. Делаю несколько жадных глотков, чувствую приятный вкус манго и улыбаюсь. Марк знает, что я люблю.
Отставив бокал, прохожусь взглядом по толпе присутствующих. По раскрепощенным танцам девушек вижу, что им нравится находиться здесь и они явно пришли сюда не для того, чтобы стоять у бара. Им весело, а я ловлю себя на мысли, что слишком далека от таких развлечений. Слишком… правильная. Домашняя, что ли.
— Нравится? — жаркий шепот льется мне в ухо. — Иди на танцпол, отпусти себя.
— А ты? — поворачиваюсь к нему и непонимающе смотрю на серьезное выражение его лица.
