– Тень!
– Снова я.
– Алик!
– С чего это я! – взвился Алик. – Только сменился. Пусть Физрук…
– Физрук на НП.
– Почему всегда я. Алик туда, Алик сюда.
Тень похлопал его по плечу:
– Без паники, коллега. Может, нас на кухню. Орехи колоть.
Старый подчеркнул:
– Тень, Алишка – к бою. Двойной бэка. Кинете в кузов ящик ЛПС. Старший Охотник…
– Куда их? – Чук потер заспанные глаза. Старый замер, прежде чем полог упал. Последние слова они слышали сквозь одеяло-дверь.
– На подвиг. Геройски фланг закрывать.
Пока ехали, Алишка травился желчью:
– Задолбали садыки… И почему постоянно мы, Тень… Ни пожрать, ни выспаться. Как затычки – разведка, разведка, разведка.
– Да какая разведка, братан.
– У нас задачи другие…
– Да какие там задачи…
«Беспилотники», нежданно ставшие пехотой, посмеивались. Шарообразный Моныч талантливо вписался в монолог:
– Мы, Алишка, железная пробка в жопе наступления.
– Ага, – подтвердил Оскар. – Есть маза прославиться.
– И зажмуриться, – донесся из глубины кузова суровый бас.
– Хорош пиздеть, накаркаете, – отрезал Али.
– Это да. Наш подвиг главный, а удар самый – генеральный.
– Точно, враг в лоб не пойдет. Всегда жарит в тыл и во фланг. Я читал.
– И уж точно ИГИЛ29 в курсе, что здесь никого нет. А сюрприз! Алишка с пулеметом.
– И мы маленько.
– Ага, оказался в нужное время в нужном месте.
– Простой, казалось бы, человек, а вот оно как…
– Охотник, спасибо, что согласился.
– Не за что, – пробурчал командир сводного «заградотряда».
Некоторое время ехали молча, ЗИЛ замедлил ход, кто-то выдохнул «уф» и, после рывковых зигзагов машина остановилась. Борт с лязгом упал.
– На выход.
Парни посыпались из кузова. Вперемешку с рюкзаками, коробками, ящиками.
В крайнем доме нашли двух завернутых в одеяла садыков. Исключительно по храпу. Один отреагировал прямым вопросом:
– Руси? – и накрылся с головой до положительного ответа. Их автоматы стояли рядом. Тень усмехнулся.
– Руси, руси. Мархаба, правоверный.
– Залетчики, – догадался Охотник. – Ни зарплаты, ни наград.
– Охуели! Караул, нах. – Али зашипел по-змеиному. – А если бы духи?!
Охотник спокойно резюмировал:
– Хорошая тихая смерть. Зачем жить без денег и медальки?
– Суицид, – сказал Тень.
– Однозначно.
– По-моему, просто разгильдяйство, – возмутился Али.
– Иншала, Алишка. – Тень проверил, как расшатывается кирпич.
– Бляди слабозадые, – опять закипел Али. – Почему мы должны дохнуть за них?!
Тень не ответил. Исследуя дом, он остановился в комнате с обрушенной внешней стеной.
– Здесь? – Он осторожно выглянул наружу, оценивая сектора.
– Кусты близко, – возразил Али.
– Выход на крышу. – Тень пнул что-то, латунная чашка зазвенела в сторону «часовых». – И не засрано.
Тень прорубил межкомнатную перегородку, она рухнула за несколько ударов. Но он не остановился на достигнутом. За час получился широкий коридор для «тактического бегства». С выходом в сад. На грохот подошел «союзник», закутавшийся, как спал, по самую маковку. Он начал ругаться, двигая всклокоченной бородой. Делегат был терпеливо выслушан, прежде чем Тень спросил:
– Садык, слышь, у вас ДШК есть?
– «Дошка»? – Садык отрицательно замотал головой. – Гыр-мыр, гыр-дыр-мыр.
– Да я понимаю, что вас двое…
– Мыр-дыр-гыр…
– Мы тебя выручать пришли. Понимаешь? – Тень протянул: – Вы-ру-чать.
– Чтобы аду тебя в жопу не отъебали, – включился Али.
– Гыр-мыр, мыр-мыр, гыр. Аду! – поддержал садык. Он вдруг освободил плечо и, ловко вскинув невидимый прежде автомат, грохнул веером в темноту. Трассера празднично вскрикнули и заскакали по камням. Али взбесился:
– Ты что творишь, бабуин!
– Забей, братан, – успокоил его Тень. – Он обозначился. Верит, что так никто не полезет. И можно спать.
Будто в подтверждение, по линии обороны жидко замолотило, застреляло, засвистело в обе стороны и, сверкнув последней точкой большого калибра, сонно угомонилось. Али благоразумно шагнул от оконного проема и нащупал задницей диван. В комнату громко ввалился Охотник.
– Что у вас? – спросил он.
– В жопе газ, – отзеркалил Тень. Охотник сослепу обнаружил союзника.
– Ала30.
– Ала, – сказал садык и ретировался. Охотник между тем оценил приготовления, прицелился с разных углов. Заглянул к союзникам и, вернувшись, подобрал патронный ящик. Сел. Скрипнуло дерево. Прозвучала явная заготовка.
– Обсудим?
Тень сразу понял:
– Хорошо бы.
– Что тут обсуждать? – возмутился Али. – Если попрут здесь, нам всем звездец.
Охотник едва заметно качнул головой.
– Не возражаю.
Тень криво усмехнулся:
– Я против. – Было непонятно, серьезно он говорит или, как всегда, хохмит. – Алиша, ты же пулеметчик: море огня, тельняшка, ленточки в зубы – морпех, епта.
– Какие, нафиг, ленточки? – закипел Али.
– Черные, с якорями, – объяснил Тень. – В ауле памятник поставят. Чуханов с твоей парты выгонят, девчонок посадят, отличниц.
– У ваших девок сиськи есть? – поинтересовался Охотник.
– Бля, Охотник!
– Алиша, представь – девки, а ты смотришь на сиськи с гранитной доски…
– Твоим именем улицу назовут…
– Или шашлычку.
Али молча раздувал ноздри. Тень толкнул его в плечо:
– Братан, я что подумал – у вас закапывают или сжигают?..
