Ваше искусство привлекает у нас всех и прежде всего как искусство
А знаете ли, что у нас произошло грандиозное открытие древнерусской живописи! Теперь у нас есть свой GIOTTO, имя ему Андрей Рублёв, теперь у нас есть и свой ELGREСO по имени Феофан Грек.
Эти два великих художника уже в Средневековье махнули туда, куда многим из нас и сегодня не достать…
Так вот, дорогой Vincent, те Ваши разработки в области цвета (я говорю о Вашей доктрине дополнительных цветов, которую Вы позаимствовали у Делакруа), так вот, все эти премудрости в области цвета наши древние иконописцы уже знали в 14–15 вв., использовали их и достигли в этом настоящих вершин! Ах, если бы Вы только взглянули на «Троицу» А. Рублёва – это шедевр, который можно смело поставить рядом с Моной Лизой. В этом троичном изображении Божества Андрей Рублёв поднялся до каких-то космических вершин: тут дополнительные цвета, которые он, конечно, использует, играют совсем вспомогательную, мизерную роль – на первом плане тут Идея, вернее, обобщение целого сонма идей и первоклассное их воплощение!
Полагаю, что эта информация подстегнёт Ваш интерес к русской живописи!
Интересно было бы узнать Ваше мнение. Вам, Вашему поразительному вкусу в области живописи здесь верят все! Ваши Подсолнухи у нас в каждом доме!
Я получил в Вашем письме два поразительных наброска тростниковым пером: «Пейзаж с кипарисами» и «Ночное небо». Ваша графика легка, поэтична и чрезвычайно лаконична. Лаконизм Хокусаи Вас сводит с ума, это заметно: это очень верный, хотя очень трудный путь. В свою очередь, я посылаю Вам акварель «Шатровая колокольня, белая лошадь и два ангела». Боюсь, что Вы упрекнёте меня в «изоляционизме и абстракции». Я часто думаю, в чём секрет Ваших подсолнухов, что при таком лаконизме они не смотрятся как абстракция…
Крепко жму руку, Võtre S. I.
Дорогой Vincent!
Вот какая поразительная мысль, как молния, только что осенила меня! Странно, как эта простая и великая мысль раньше не пришла в голову ни одному русскому?
Судя по всему, Вас измучил зной Прованса, Вас измучил мистраль, а теперь на подходе ещё и Гоген?
Быть может, теперь как раз тот момент, когда можно поставить точку в Вашем творчестве – запятую вы сумеете поставить всегда.
Не пора ли Вашим нервам дать отдых? Чтобы немножко остудить Ваш пыл, я придумал для Вас небольшое путешествие в виде турне.
А не махнуть ли Вам и Гогену к нам в Россию? На пару-тройку деньков, на недельку. При одной этой мысли у меня кружится голова и с заиндевевших ресниц падают слёзы…
И всё же, наш Русский Север – это скрытый мощный магнит, особенно для художников Вашего масштаба.
Конечно, в осуществлении этой идеи Вам наверняка помешает Гоген, который подбивает Вас поехать на Мартинику?
Гоген – это настоящий Геркулес, это фигура грандиозных масштабов, и как Вы это верно заметили, он милостию Божией поэт.
Так уж случилось, что Бог одарил его мозг поэтически видением (быть может, чуть-чуть демоническим…). Его глаза своими корнями (видением) уходят в глубь веков, в… Византию. Его «варварское» искусство Бретани – это не что иное, как ярко горящая эстафетная палочка, перехваченная у византийских мастеров! Знай он это, он бы не так высоко превозносил свои открытия. То, что он открыл, было открыто ещё в 14-м веке Ф. Греком! Вот кто подаёт ему руку из древности.
Помнится, Вы где-то предостерегали его от слишком поспешных и скороспелых выводов. Ваша сверхчеловеческая интуиция и тут поражает меня – она опережает Ваше время на столетие…
Но довольно, я слишком далеко забегаю вперёд. Что, Гоген приехал к Вам своей необыкновенной цветастой персоной?
Желаю Вам чистого и мирного неба над Арлем, успехов в работе и побольше таких плодотворных дней, в какие были написаны Ваши «Красные виноградники».
Гогену мой особый
Фотографии наших изумительных новгородских фресок кисти Ф. Грека я лично адресую ему, хотя их пришлю Вам немного позже; я думаю, глядя на них, Гоген призадумается.
Жму руку вам двоим, очень вас люблю обоих – и да будет мир в Вашем Жёлтом домике (хотя быть может, он уже сер, а не желт?)
P. S. Мои соображения по поводу Вашей поездки к нам в Россию, конечно же, смешны, а если уж быть совсем точным, фантастические. И тем не менее от этих фантазий у меня голова в огне: теперь это самая изысканная пища для моего воображения (ведь чем чёрт не шутит, на этой грешной земле сбывались и не такие фантазии!).
А если уж быть совсем откровенным, то Вам с Гогеном не совсем по пути. Эдгар Дега, этот вечный ворчун, как-то сказал: «Гоген – это волк без ошейника». Сказал как припечатал!
И в самом деле, Гоген – это, быть может, теперь самое блудное дитя больной Европы.
Его пища – такие же фантазмы, как и мои, быть может, ещё больше!