В этот момент мальчик дёрнулся и затрясся, а Уолкер, поняв, что произошло, впал в оцепенение. Увидев, как изо рта парнишки пошла кровь, он поднял испуганный взгляд на девушку. Однако от облика Дейзи уже не осталось и следа. Единственное, что их теперь отличало друг от друга, так это всё те же янтарные глаза и хищный оскал.
— Извини, я побоялся, что малец может ляпнуть лишнего, поэтому перерезал ему хребет, — виновато пожимая плечами, спокойным тоном пояснил не-Аллен.
Ребёнок, не в силах устоять на ногах, рухнул наземь, но перед тем как испустить последний вздох, приподнял голову и, выставив руку вперёд, указал пальцем на одну из могил.
— Н-не дай им сломить с-себя… вспомни… о клятве…
Прижав кулак к груди, Аллен опустился на колени. То, что он ощутил, было сродни с предсмертной агонией. Находясь на грани какого-то безумия, юноша тяжело дышал и обливался слезами. Ему в буквальном смысле казалось, что он лишился части своей души. Как будто что-то в нём безвозвратно умерло.
Незримая зияющая рана, которую невозможно исцелить.
Тут послышался звонкий, пробирающий до костей, смех. Уолкер, стиснув челюсти до боли в дёснах, превозмогая необъяснимую слабость в теле, поднялся с колен.
— Что ты натворил, ублюдок?! — прошипел он. — Что всё это значит?!
— Разве не понятно? — многозначительно вздёрнув бровь, ответил двойник. — Мы на верном пути, Аллен. Совсем скоро ты окажешься на окраине бездны. Останется только толкнуть…
Этот ответ не дал юноше ровным счётом ничего. Будучи разъярённым, он, потеряв последние крупицы самообладания, бросился на желтоглазого, однако остался в очевидном проигрыше. Недруг, не прилагая особых усилий, несколько раз увернулся, затем нанёс парочку точных ударов в челюсть и солнечное сплетение противника, после чего уложил на лопатки. Болезненное столкновение с твёрдой землёй обездвижило парня.
— Ты не сможешь навредить мне, — самодовольно ухмыляясь, заявил победитель. — Не в подобном месте.
Аллен, корчась от боли, повернул голову в сторону мальчика. Опомнившись, он попробовал встать, но после нескольких провалов перевернулся на живот и едва ли не ползком добрался до указанной могильной плиты, на которой было высечено всего два слова — «Мана Уолкер».
— Чёрт, кажется, вышла небольшая осечка.
Пока юноша, пребывая в состоянии шока и давящего из глубин подсознания отчаяния, безрезультатно пытался осмыслить увиденное и услышанное, не-Аллен, взяв что-то тяжёлое, подошёл к нему.
— Вечно ты хватаешься за соломинку, — раздражённо посетовал он. — Но ничего, это поправимо…
***
С тех пор как Аллен покинул поместье, Линали чувствовала себя словно не в своей тарелке. Конечно, её эмоциональное состояние и раньше не особо то и отличалось от нынешнего, но сейчас нервозность так и норовила вывести из себя. Девушка множество раз ставила свою «идею» под сомнение, из-за чего начинала корить себя за то, что не сбежала ещё тогда. Но в итоге понимала, что отступать поздно, а значит, дело необходимо довести до конца.
Однако не всё так просто. Организовать встречу с герцогом — задача не из лёгких. Большую часть времени Болдуин отсутствовал в поместье, в остальное же — находился в обществе отца или своей драгоценной дочурки Эмилии. Ворваться к нему в покои посреди ночи Линали тоже не могла, так как это дурной тон. Впрочем, на этом проблемы не заканчивались. Тики. Вот уж кто раздражал не на шутку. После их своеобразной ссоры его поведение стало напрягать пуще прежнего. Нет, брат не пытался помириться или хоть как-то наладить контакт со своей сестрой. Казалось, что он умышленно стал устраивать за ней слежку. Поначалу это не бросалось в глаза, но чем усерднее она старалась игнорировать и избегать его, тем чаще он появлялся на горизонте. Несмотря на то, что Линали всячески выказывала своё нежелание беседовать с ним без особой на то причины, Тики всё же не упускал возможности «порадовать» её своим присутствием, при этом он также мог молчать, что нервировало ещё больше. В общем, ситуация, мягко говоря, удручала.
На исходе второго дня (Аллен сказал, что явится по истечению третьего) девушка решила, что если план всё-таки провалится, то она не будет боле испытывать судьбу и покинет поместье при первом удобном случае. К слову, она уже собрала кое-какие вещи да припрятала немного денег.
Линали плохо представляла себе совместную жизнь с Алленом, но это её совсем не пугало. Да, она прекрасно осознавала, что навсегда лишится всей этой роскоши и статуса как такового. Однако мир, в котором не будет алчных аристократов и подлых заговоров, ей определённо был по душе.
