Внезапно их ровный строй начал ломаться. Рохры потеснились, пропуская кого-то идущего вперед, и когда навстречу Вайолет вышла белая, как первый снег самка рохров, девушка не смогла сдержать потрясенного возгласа:
— Виэйра.
Фигура оборотня размылась, словно тень, и плавно трансформировалась в женскую.
Священная Мать снежных рохров улыбнулась Вайолет, и из уголков ее золотистых глаз теплыми лучиками разошлись глубокие морщинки.
— Как же долго я тебя ждала, — женщина умиротворенно наблюдала за девушкой, пока та потрясенно разглядывала ее длинные белые волосы и сверкающую, как снег на солнце, одежду.
— Меня? — Вайолет перевела взгляд на утонченно-красивое женское лицо, не понимая, за что Виэйру прозвали старицей. — Зачем?
— Возьми, — рука снежной рохрицы казалась невероятно живой и теплой, когда, взяв ладонь Вайолет, вкладывала в нее что-то маленькое и твердое.
— Что это? — обнаружив, что стала обладательницей самого обыкновенного желудя, удивленно расширила глаза девушка.
— Все великое всегда начинается с чего-то маленького и неприметного, — понимая ее недоумение, улыбнулась Виэйра. — Не ошибись, выбирая между голосом сердца и голосом разума, Дъяммира.
Женщина подняла руку, ласково погладила Вайолет по щеке. Девушку резко замутило, а потом потемнело в глазах. Тряхнув головой, она внезапно поняла, что сидит на диване и глупо пялится в расцвеченный отблесками огня полумрак.
— Что-то приснилось? — Айт развернулся в кресле, ожидая от нее ответа, и Вайолет, облегченно выдохнув, снова легла.
— Сон страшный. Это был просто сон…
Улыбаясь, она собралась было закрыть глаза, как вдруг, испуганно вздрогнув от нахлынувших воспоминаний, поднесла к лицу сжатый кулак. Медленно разжимая пальцы, Вайолет уже знала, что увидит в своей ладони — маленький рыжий желудь с круглой коричневой шляпкой находился в самом ее центре и совершенно не казался чем-то призрачным и нереальным.
Что с ним теперь делать и зачем Виэйра его ей отдала — осталось тайной.
— Все хорошо? — видя, что девушка не спит, Айт поднялся с места, подозрительно к ней присматриваясь.
Незаметно спрятав желудь в карман, Вайолет кивнула и мгновенно закрыла глаза.
Зачем она решила соврать Айту, ответа не нашлось. Сердце желало признаться мужчине — рассказать одарину обо всем, что с ней произошло. Но разум нашептывал Вайолет, что раз Виэйра не захотела открыться всем, то и оставленный ею подарок показывать никому не стоит. Почему-то хотелось верить, что выбор между сердцем и разумом она сделала правильный.
Утро началось с душистого запаха травяного чая, который милостиво приготовил на их компанию не сомкнувший за всю ночь глаз Айт. В компании с сухарями и вчерашним недоеденным мясом завтрак получился просто божественным.
Шумно отхлебывая из кружки чай, Урсула таинственно смотрела то на рохров, то на Вайолет, пока, наконец, не спросила:
— Ну? И как спалось?
Вайолет насторожилась, и ей показалось, что хитрая одэйя привела их в это место не случайно, а теперь только и ждала, что кто-нибудь расскажет ей о Виэйре и ее подарке. Рука машинально полезла в карман, нащупав желудь.
— Нормально, — опустив взгляд в пол, буркнула девушка. — Лучше, чем в пещере на каменном полу.
— А мне матушка снилась, — тепло улыбаясь, признался Кин. — Словно дома побывал.
— А я все ждал, когда рохры темные появятся, да так и уснул, — Доммэ посмотрел на Вайолет, а затем снова на Урсулу. — Я все спросить хотел… Зачем Сангус обращал рохров?
Урсула, явно ожидавшая не такого ответа на свой вопрос, хмуро подперла кулаком щеку и уткнулась задумчивым взглядом в стену, потеряв интерес и к братьям, и к Вайолет, а заговорить соизволила лишь тогда, когда Доммэ обратился к ней повторно.
— Затем, что они, по сути, уже не являлись существами из плоти и крови. Сангусу нужны были посредники между миром мертвых и живых, потому что только они могли достать ему последний ключ от Сумеречного Чертога.
— То есть ты привела нас сюда в надежде, что темные псы отдадут ключ кому-то из нас, потому что мы — наследники последнего короля рохров? — Вайолет изо всех сил старалась скрыть растущее раздражение.
Кем они все были для Урсулы? Разменными монетами в рискованной игре? Это использование вслепую начинало порядком надоедать девушке.
— Я привела вас сюда, потому что здесь безопасно, — огрызнулась Урсула. — И потому, что знаю отсюда тайную дорогу до дворца одэй.
За много лет Вайолет научилась распознавать моменты, когда старуха лукавила, а когда рассказывала все как на духу. Нет, сейчас она не лгала, только и правды всей не говорила, и тем избавляла девушку от ненужных терзаний совести.
Спрятанный в кармане желудь колол крепко сжатую ладонь, а Вайолет в этот миг думала не о том, что сознательно обманывает свою наставницу, а о том, что спрятать подарок Виэйры нужно понадежнее, но чтобы при этом он всегда был под рукой.
