Я просыпаюсь с мокрыми от слез глазами и не сразу понимаю, что Эйрис так и уснул, привалившись к спинке кровати, сидя со мной на руках. Сон меняет его лицо, убирая резкость и жесткость черт. Бесстрастное и спокойное, идеальной пропорцией своих линий оно похоже на лик бога Антора. Я вдруг вспоминаю храм, где Моргана женился на мне, с удивительным деревом посредине и статуями богов по кругу. У меня на Нарии был почти такой же. Сколько раз я приходила туда с глупыми просьбами или искренним раскаянием. Раскаянием…
Возможно, поздно, но мне так нужно сейчас было покаяться хоть перед кем-то. Осторожно выскользнув из объятий Эйриса, я сползаю с кровати и оглядываюсь по сторонам в поисках, чего бы на себя надеть. Одежду и свою и мою он изорвал в клочья, нет никаких шансов привести ее в хоть какой-нибудь порядок. Остается только простынь. Хвала богам, что Эйрис умудрился отбросить ее в сторону. Надежда на то, что у меня получится сделать задуманное, мизерная, но я все же хочу попробовать. Завернувшись в простыню, бесшумно выхожу в коридор. Босая и в белом, в тишине спящего дворца, я больше похожа на привидение, чем на жену повелителя Оддегиры. Но меня это мало волнует. Мои догадки подтверждаются. Как только я заворачиваю за угол, стена за моей спиной еле заметно отсвечивает золотым свечением, которое тут же исчезает, едва я останавливаюсь и подхожу к ней впритык.
- Вайолет, - зову спрятавшегося духа. - Я знаю, что ты подсматриваешь. Выходи.
Морда медленно высовывается из стены и обиженно заявляет:
- Я не подсматриваю, я слежу
- По-моему, это одно и то же, - я закутываюсь в простынь плотнее, потому что после теплых объятий Эйриса босые ноги начинают стынуть на холодных плитах дворца.
- Откуда вы знаете, что я Вайолет? - вдруг интересуется золотой.
- Может, вы и духи, но морды у вас все же разные, - пожимаю плечами я. - А у тебя так самая красивая.
- Я бы попросил, госпожа, у меня не морда, а облик, - золотомордый недовольно морщится и закатывает глаза. - И спасибо, красивым меня еще никто не называл.
- Извини, - смотрю в колышущееся лицо золотого, и в этот момент мне действительно стыдно, что грубила ему, а еще и туфлей бросила. – Не хотела тебя обидеть. Я просто не люблю, когда появляются внезапно и хватают за что попало без разрешения.
- Понимаю, - грустно вздыхает дух. – Ты тоже извини. Такая работа.
Странно это все, и меня так и подмывает его спросить:
– Слушай, ты же дух. Вечный. А подчиняешься оддегиру. Почему Эйрис тобой командует?
Дух хмурится, словно раздумывает, следует ли отвечать на мой вопрос.
- Он не оддегир.
- А кто? – я замираю на вздохе, ожидая, что наконец узнаю тайну Эйриса Морганаа.
- Солнцеликий, - величаво произносит дух.
- Тоже мне еще, - фыркаю я. – Ну да, красивый, сволочь, но не настолько, чтобы духи от него без ума были.
- Госпожа, вам лучше вернуться, пока он не проснулся, - Вайолет окутывает меня золотым сиянием, и мне становится теплее. – Он рассердится, если узнает, что позволил вам ходить босой.
- Вайолет, миленький, отнеси меня в храм? Ну, тот, с каменным деревом, - быстро и сбивчиво прошу я.- Пожалуйста. Мне очень-очень нужно.
- Не велено, - ну вот, морда взялась за старое.
- Ну, что ты заладил. Не велено, да не велено. А что велено?
- Чтоб волос с вашей головы не упал, - важно сообщает дух.
Вот так, да? Глупый дух, зря он мне это сказал, потому что я выдергиваю у себя из головы волос и протягиваю его под нос Вайолету.
- Сейчас упадет, если не перенесешь меня в храм. Я сейчас все волосы у себя повыдергиваю и скажу Эйрису, что это ты виноват.
Морда передергивается, а затем обиженно вздыхает:
- Все вы, женщины, одинаковые, так и знал, что нельзя с вами разговаривать, обязательно обманете.
И тут мне так неловко становится: он хоть и дух, но обижается, как живой человек.
- Извини, Вайолет. Ты мне просто выбора не оставил. Если ты, конечно, понимаешь, что это такое.
Дух кривится и воротит от меня свою золотую морду.
- Я просто хотела поговорить с богами. Разве я так много прошу? – я начинаю хлюпать носом и давить на жалость. – Туда нельзя. Сюда нельзя. Одежду порвал. Кольцо нацепил. На ногу, вон, дрянь какую-то повесил, - я высовываю из-под простыни ступню и тычу ее золотомордому. - Вас следить за мной приставил. Да что за жизнь такая!?
Мне вдруг действительно становится себя ужасно жалко. Я сажусь на пол и начинаю плакать. Дух мгновенно подхватывает меня, протаскивая сквозь стены, и выпускает в храме, рядом с застывшим в камне деревом.
- Спасибо, - шепчу благодарно Вайолету. – Я недолго. Только помолюсь, и отнесешь меня обратно.
- Позовете, когда будете готовы, госпожа,- соглашается Вайолет
- Зачем ты зовешь меня госпожой? – останавливаю собиравшегося раствориться духа. - Зови просто Доммэ. Я ведь тебя попросила как друга. Другом ведь быть намного приятнее, чем господином?
Морда неожиданно расползается в улыбке и легонько кивает мне.
