- И все? – у меня перехватило дыхание. - Вот так… сотни тысяч ни в чем не повинных людей просто стояли у тебя на пути? И ты раздавил их, как букашку, неудачно подлезшую тебе под ногу? Это твоя высокая цель? Жизни в обмен на какое-то глупое обещание?
- Ты не знаешь, что значит клятва, данная умирающему отцу, - простонал Эйрис, стиснув зубы и закрыв глаза.
ГЛАВА 19
Я умирал от ее прикосновений. Умирал и рождался заново. Она целовала меня, отвечала на мои поцелуи так трепетно, так нежно, что дерево расцвело, принимая искренний дар наших сердец. Я рассказал ей о себе всю правду, но так и не добился от нее хоть какой-нибудь истории в ответ. Ее слова так больно ранили. Почему мне так больно, когда вижу слезы и ненависть в ее ярких, словно звезды, глазах? Что ты скрываешь от меня, моя синеглазая девочка? Какую страшную тайну хранишь, что так боишься мне сказать? Кто тот человек, что пообещал тебя забрать у меня? Забрать!? Внутри меня все переворачивается и вопит. Не отдам! Она моя… Моя! Убью. Изничтожу. Сотру в песок любого, кто притронется к ней хоть пальцем. Моя Доммэ, понимаешь ли ты, какой властью надо мной обладаешь? Понимаешь ли ты, что иду на зов твоих губ и глаз, забывая, кто я? Отец, знал ли ты…? И если знал, то зачем, лишив чувств, заставляешь так мучиться теперь?
Моя Доммэ уснула. Уснула, согретая моим теплом. Отнес в спальню. Целовал ее холодные руки, грел дыханьем ледяные ступни, пока сонная и податливая, она не разомлела в моих руках. Как мог вечный позволить ей в таком виде отправиться в храм? Как она вообще смогла заставить его это сделать? Осторожно укладываю синеглазку на постель, кутая в теплый плед.
- Вайолет? – дух медленно просачивается сквозь стену, застыв на поверхности огромным колышущимся силуэтом. Мне кажется, или он и правда улыбнулся, заметив спящую Эю, по-детски сложившую ладошки под щеку?
- С каких это пор ты подчиняешься чужим приказам?
Дух недовольно морщится, а затем огорошивает меня своим ответом:
– Приказывают хозяева. Друзья просят. Я могу не подчиняться чужим приказам, но не могу отказать в просьбе другу.
Я не нахожу слов. Синеглазая плутовка и здесь нашла лазейку, обведя вокруг пальца самого Анрариона Эллера. Он просто не предусмотрел такой возможности. Никто и никогда не додумался бы предложить дружбу Вечным, они привязаны к хозяину магией крови и подчиняются только его приказам.
- И о чем твоя подруга просила богов? – тихо интересуюсь я.
Вечный воротит от меня свое золотое лицо, потом косится на Эю.
– Я имею право не разглашать тайну друга.
- Значит, не скажешь? – злюсь я.
- Не скажу, - упирается дух.
Разговор бесполезен: понимаю, что дух между службой и дружбой выберет явно не мой вариант. И, похоже, ему это начинает нравиться.
- Ладно, - обреченно вздыхаю. - Тогда скажи мне, как друг другу, чем она тебя купила?
Вайолет смотрит на меня недоуменно, затем смущенно опускает глаза.
– Она сказала, что я красивый.
- И все!? И поэтому ты позволяешь ей вить из себя веревки?
- Вы на себя посмотрите, - недовольно кривится вечный. – Кто бы говорил.
- Нет, я понять хочу. Я знаю тебя с детства, но ты всегда закладывал меня отцу, когда он требовал ответа. Почему?
- Вы не предложили мне дружбу, - чопорно отвечает вечный.
- А если предложу сейчас?
Вечный мнется, словно что-то напряженно обдумывает в своей пустой голове. – Вы упустили свой момент. У меня уже есть друг. Вы - мой хозяин.
Потрясающе. Кажется, меня только что недвусмысленно послал дух.
- Значит, если бы я назвал тебя красивым и предложил дружить, как Доммэ, ты тоже готов бы был отправить Антариона к драгу и исполнял бы мои просьбы просто так?
- Дело не в вас, - тихо и грустно произносит Вайолет. – А в ней, – золотая голова мягко кивает в сторону спящей синеглазки. – В ней что-то есть… Что-то особенное, идущее из глубины ее ярких, как звезды, глаз. Чистая душа. Она не способна на предательство и обман. Она не станет пользоваться моей дружбой в грязных целях. И, кстати, вас она тоже считает красивым.
- Что? – я потрясенно перевожу взгляд на мою златокудрую тэйру.
-Сказала, что вы красивый сволочь, но не настолько, чтобы нравиться духам. Поэтому, я между вами и ею выбираю ее. Она красивая, и она мне нравится.
Я не удерживаюсь и прыскаю со смеху.
- Тише. Разбудите, – шикает на меня дух, скосившись на Эю.
- Ладно, защитник. Принеси из ее комнаты всю одежду сюда. И не смей больше никогда отпускать ее куда-либо полуголую.
- Сами виноваты. Вас никто не заставлял рвать ее платье, - фыркает Вайолет.
- Вайолет! Ты обнаглел!? – нет, это, уже ни в какие ворота не лезет, меня еще дух не учил уму-разуму. – Похоже, что ты выпал из доверия. Приставлю следить за женой Сиэма или Каана.
- Ей не нравится, когда за ней следят, - обиженно заявляет золотой. – И когда хватают когда без спросу - тоже не нравится.
Невероятно, да вечный просто кладезь информации! Надо только уметь ее из него осторожно выудить. Нет, пожалуй, не стану менять его на Сиэма. Кажется, мне начинает нравиться дружба синеглазки с Вайолетом.
