– Надо же, как интересно получилось! – почти по-детски восторженно воскликнул Вид, когда поднял на неё глаза и всё понял.
– Довольно спорное утверждение, – недовольно пробурчала девушка: – Вы что со мной сделали?
– Самому интересно, – подходя к ней, Вид небрежно взмахнул рукой.
Очевидно, того, что должно было произойти, не произошло, потому что, пробурчав пару слов и исполнив рукой ещё несколько замысловатых движений, он, наконец, нахмурился и задумчиво повторил за девушкой:
– Хм…
– О, как всё печально, – почему-то огорчилась девушка. Она почти уверовала в то, что вот так просто всё может разрешиться, а сейчас прямо на глазах её надежды рассыпались в прах и развеивались по ветру.
– Это довольно странно, – подал голос старец – третий из Стоумов. Он не обладал силой Вида, но был хранителем знаний многих поколений. И уж если он полагал, что это странно, не было никаких оснований не верить ему.
Трое Стоумов переглянулись, и Вид пояснил:
– Нам нужно время, чтобы понять, что это значит и что с этим делать. Скажем, неделю, так что возвращайся в следующую субботу, – и он пренебрежительно мотнул головой, заканчивая аудиенцию.
После его кивка слегка ошарашенная девушка оказалась за воротами замка.
– Даже не думайте, что я не вернусь через неделю, – зачем-то пригрозила она закрытым воротам.
Попереминавшись с ноги на ногу, она запоздало вспомнила об оставленном на постоялом дворе Радиме. Вот уж действительно с глаз долой – из сердца вон, она в который раз убедилась, что, не находясь поблизости от Радима, совершенно равнодушна к нему, настолько равнодушна, что и не вспоминает. От этого ей стало несколько не по себе, к тому же откуда-то взялось навязчивое чувство вины.
Оглядевшись по сторонам, дабы убедиться в отсутствии любопытных глаз, девушка пожелала перенестись на постоялый двор. Теперь ещё предстояло разобраться с Радимом.
Пока Радим и Камил спали, Лаэрта решила: колдовать так колдовать – и перенесла постоялый двор на пару дней пути, так что к вечеру следующего дня они должны были добраться до замка Радима, надеясь, что юноши не обратят внимания на такую мелочь.
Утром она сообщила, что циркачи уехали на рассвете. Даже если юноши и удивились этому, то не подали виду. Радим, всю ночь до мельчайших подробностей прокручивавший их разговор с Лаэртой, всё никак не мог поверить в очевидное – Лаэрта считает замужество бременем, ненужной обязанностью. Он хотел было продолжить разговор, но, раз подъехав к ней и увидев её хмурый, даже немного злой взгляд, растерялся и, так ничего и не сказав, ускакал вперёд. Лаэрта, ещё больше рассердившись, смотрела ему вслед: она рассталась со своими друзьями, оставила уже налаженную жизнь из-за него, а он ещё и не хочет с ней разговаривать. Утро явно не задалось.
Наблюдавший за всем этим издалека Камил решил немного разрядить обстановку и подъехал к Лаэрте:
– Доброе утро.
Добрее видали, – чуть было зло не ответила Лаэрта, но сдержалась. Она прекрасно понимала, что Камил ни в чём не виноват. В конце концов, пересилив себя, Лаэрта улыбнулась и почти искренне ответила:
– Доброе утро, Камил. Как спалось?
– Спасибо, довольно хорошо, – вежливо ответил он и замолчал, не зная, как начать довольно деликатный разговор.
– Ты хотел о чём-то спросить? – спустя минуту молчания подсказала Лаэрта.
– Да. Только не подумай, что я пытаюсь лезть не в своё дело. Радим – мой лучший друг, и я полагаю, что имею на это право.
– Может, ты просто задашь свой вопрос, – видя, что Камил запутался в своих оправданиях, подсказала ему девушка.
– Да, конечно, ты права, – почувствовав себя глупо от своих же метаний, Камил на одном дыхании выпалил: – Почему ты хочешь выйти замуж за Радима?
Лаэрта, не удержавшись, расхохоталась. Она пыталась держать себя в руках, но не смогла, так что вскоре ей пришлось остановить лошадь, чтобы успокоиться, потому что та начала на неё странно коситься.
– Прости, наверное, это нервное, – утирая слёзы и видя, как смотрит на неё Камил, заметила она: – Просто я даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Дело в том, что для начала нужно было узнать, а хочу ли я замуж за Радима?
Они не смогли продолжить разговор, поскольку вернулся Радим, ускакавший вперёд, и сообщил, что через пару часов они будут в замке. Остаток пути они провели в молчании. Их встретил сам будущий король – Далебор – отец Радима. Он, казалось, ничуть не удивился, что Радим и Камил привезли Лаэрту (хотя вопрос, кто кого привёз, оставался открытым). Однако за день все трое так устали от своего молчания, что поспешили разойтись по разным комнатам.
Несмотря на то что Радим и Лаэрта так ни до чего и не договорились, свадьбу, которую поспешно организовывал отец Радима, никто из них не отменял. Лаэрта не могла поверить, что вновь оказалась на пороге замужества, и не понимала, как отменить свадьбу, на которую не соглашалась. А Радим никак не мог осознать, что Лаэрта не хочет за него замуж.
