Несколько дней ушло на сборы – путь предстоял неблизкий, а на магию рассчитывать не приходилось. Сопровождать Лаэрту пришлось Искрену, что и неудивительно – кого, как не молодежь, посылать на безрассудные поступки? А совершать длительное путешествие обычным человеческим способом для некогда могущественных магов было именно безрассудством. Несмотря на пессимистичный настрой Стоумов, первая неделя их пути прошла довольно легко и спокойно. В это время их маршрут пролегал по довольно густонаселённым местам, так что каждую ночь они находили более-менее приличный постоялый двор, а возможность поесть домашней еды, принять горячую ванну и выспаться в условно мягкой постели скрасит любое путешествие.
В начале второй недели они вышли к перевалу. Погода обещала быть хорошей, так что они планировали преодолеть его за несколько дней, что не отменяло необходимости провести пару ночей под открытым небом в горах. Лаэрту подобного рода вероятность пугала не сильно – путешествуя с цирком, она часто ночевала с ними в поле, и самое неприятное, что в таких случалось, – небольшой дождь. На этот случай у них с Искреном имелась отличная влагостойкая палатка, ведь не напрасно ж каждый из них вёл по две запасные лошади с поклажей. Искрен же, напротив, мало представлял прелести ночёвки под открытым небом. Он часто путешествовал, но это были путешествия совсем иного толка, когда он по одному своему желанию мог оказаться сколь угодно далеко, так что ему не приходилось недели проводить в дороге, чтобы добраться из одной точки в другую. Да и что должно было произойти, чтоб маг, одной силой воли способный создать дом, постоялый двор, а то и небольшой городишко и имеющий возможность спокойно переместиться практически в любую точку мира, вдруг решил ночевать под открытым небом? Подобного рода обстоятельств на его веку ещё не случалось, и порой, недобро глядя на Лаэрту, он думал, что и не случилось бы впредь, не открой он в ту злополучную ночь ворота.
– То есть духа авантюризма в тебе нет совсем? – рассмеялась Лаэрта в ответ на долгие и пространные рассуждения Искрена на тему «Почему он ни разу в жизни не ночевал в палатке?».
– Я просто не представляю, что человек по своей доброй воле и в здравом уме полезет в горы или забредёт подальше в лес исключительно ради удовольствия поспать под открытым небом, – в свою очередь удивился Искрен.
– Возможно, ты прав, – не смогла не согласиться Лаэрта на это.
Утром они покинули последний постоялый двор на этой стороне перевала. За несколько утренних часов, пока солнце не обжигало голову, они успели преодолеть большую часть запланированного на сегодня пути.
– Остановимся на обед? – оглядевшись, спросила Лаэрта. – Дальше начнется подъем в гору, пусть лошади отдохнут.
С этим Искрен не стал спорить. Они обустроились на поляне рядом с дорогой: ожидать других путников, способных помешать их трапезе, не приходилось – дорогой не так часто пользовались. Неспешно съев прихваченный с постоялого двора обед и немного отдохнув, они отправились дальше.
– Сейчас подъем вверх метров на двести, за ним плато, на котором есть вода, лучше будет там и остановиться, чтобы потом не пришлось устраивать лагерь в темноте, – вновь взбираясь на коня, заметила Лаэрта.
– Ты здесь бывала? – удивился Искрен её знанию дороги.
– Нет, книжек много читала, – ухмыльнулась девушка, в который раз поражаясь обширности библиотеки Озара, в которой нашёлся и путеводитель по землям Русаков.
Так они и поступили. Довольно легко и неторопливо преодолев последний подъем, по прошествии всего нескольких часов после обеда они остановились на ночлег.
– Почему мы не наняли слуг? – запоздало посетовала Лаэрта, когда они два часа спустя наконец закончили ставить лагерь.
У Искрена не было никакого опыта в полевой жизни, лишь чистый, незапятнанный энтузиазм, а она, хоть и путешествовала с цирком больше двух месяцев, всё же большей частью лишь посильно помогала в их обустройстве на ночлег и, столкнувшись с необходимостью всё организовывать самой, поняла, насколько это не просто.
– Я как-то и не подумал об этом, – стыдливо ответил юный маг.
И Лаэрта вновь поняла, что виновата во всём только она: действительно, ему слуги никогда не были нужны, а вот ей можно было и подумать об облегчении жизни. Но что поделать, и её избаловало обладание звездой, что хоть и не имела воли, а соответственно, желания, её, Лаэрты, желания исполняла ещё до того, как она сама их осознавала.
– Назовём это опытом, – вздохнула Лаэрта, ибо теперь-то уж что поделать? Придётся им как-нибудь самим.
