Спать в горах в палатке без магии оказалось делом малоприятным: к утру так похолодало, что они проснулись от клацанья собственных зубов, а потому, едва начало светать, Искрен и Лаэрта начали собирать лагерь, чтоб хоть как-то согреться. Делали они это, конечно, в два раза дольше, чем планировали, потому что вещи, прекрасно помещавшиеся в поклажу накануне, за ночь словно размножились и увеличились в размере по крайней мере вдвое. Кое-как распихав всё своё имущество по дорожным сумкам, к полудню они всё же вновь тронулись в путь.
В этот день каждый подъем перемежался спуском, так что временами им приходилось сходить с лошадей и вести тех под уздцы на особо крутых тропинках. Уже спустя пару часов такого пути они изрядно вымотались и, поднявшись на очередной перевал, встали на обед. Но вскоре начавшийся ливень, то и дело сменяемый градом, заставил их быстро собраться, дабы спуститься в следующую долину.
Едва Искрен и Лаэрта начали спуск, как вышло солнце: такова уж погода в горах, за час могут смениться все времена года. Однако открывшаяся перед ними долина стёрла из памяти все невзгоды предыдущего пути: умытая прошедшим дождём зелень ярко переливалась на солнце, отчего природа казалась радостной, словно заигрывающей с ними. Человеческий глаз не в силах был полностью объять расстилающуюся красоту, но путешественники всё равно во все глаза смотрели на серо-зелёные склоны и сверкающую внизу долину. Долго наслаждаться видом им всё же не удалось – на их глазах поднялось облако и заволокло всё, что было дальше двух метров от них, словно норму роскошных видов они сегодня уже исчерпали.
К вечеру они спустились к кедровой роще и, вспомнив как много времени у них ушло на обустройство лагеря накануне, решили остановиться на ночлег пораньше. Как оказалось, поступили совершенно правильно: вскоре после их ужина снова начался дождь, так что они, совершенно вымотавшись за день, с радостью спрятались от дождя в палатке и с чистой совестью пораньше легли спать.
Шедшая всю ночь гроза ничуть не помешала им выспаться, хоть вспышки молнии и были такими яркими и частыми, что при желании можно было, не выходя из палатки, заштопать носок. Усталость и недосып прошлой ночи сделали своё дело, и Искрен и Лаэрта спали как младенцы, невзирая на непогоду.
Путешественникам оставалось сделать последний рывок, ибо за день они должны были наконец преодолеть перевал и начать спуск в долину Падер. Опыт – страшная сила, и в этот раз Искрен и Лаэрта собрали лагерь вдвое быстрее, а когда, выйдя из рощи на открытый участок, они позволили солнцу и ветру просушить их намокшие за ночь вещи, день и вовсе показался чудесным. И Лаэрта, несмотря даже на ноющие от постоянной смены погоды раны, не могла не оглядываться восхищенно по сторонам.
– Может, и стоило совершать такие прогулки раньше, виды просто потрясающие, – вторил её настроению Искрен, не забывая вертеть головой и стараясь вобрать в себя как можно больше окружающей их красоты.
– Скажем, что мы помолвлены, – неожиданно для него заметила Лаэрта.
– Что? – слегка заикнувшись, переспросил Искрен, поскольку был совершенно не готов к тому, что услышит подобное.
– Дай хоть один шанс моей репутации, – рассмеялась над его удивлением девушка. И пояснила: – Мы путешествуем вдвоем уже две недели и не являемся родственниками.
– А, в этом смысле, – наконец понял он. – Да, конечно, давай скажем, что мы помолвлены. Почему нет?
– Ну ладно, жених, – ухмыльнулась Лаэрта: её так давно никто не звал замуж, что она успела заскучать.
Искрен поёжился, но ничего не сказал. Женитьба не входила в его планы, и даже став лишь формальным женихом, он почувствовал себя некомфортно.
Вскоре в очередной раз поднявшийся туман заволок всё кругом, и на последний перевал путешественники поднялись в молоке. Наверху вновь начался град, сменившийся снежной бурей, словно настоящая зима пришла в горы.
– Падер встречает нас! – прокричал сквозь ветер Искрен.
– Что? – не поняла Лаэрта.
– Падер – снегопад в переводе с одного из древних языков1, – пояснил юноша, закрываясь от ветра.
Лаэрта лишь кивнула, клацая зубами, мог бы и внизу об этом сказать – она бы оделась потеплее.
Всё так же под снегопадом, который оказался местным приветствием, они спустились вниз к озеру. Начало темнеть, и хоть им и оставалось не так далеко до замка Русаков, они решили не рисковать, путешествуя в темноте, и остановились у озера на ночь. Здесь не было ветра, а снег, покрывший всё вокруг ровным белым одеялом, был совсем не глубок. Наскоро расчистив место под лагерь, они первым делом развели костёр и согрелись.
– На самом деле нам везёт, мы могли застрять в горах на несколько дней, будь снегопад сильнее.
Лаэрта, глядя на редкие уже снежинки, согласилась с Искреном. Небо прояснялось, а тонкий слой выпавшего уже снега растает завтра с первыми лучами солнца.
