Если я отправлю сообщение, если скажу им, что готов что-нибудь для них сделать, то вернусь в то же положение, в каком оказался семь лет назад, – снова буду обязан Иоф Карн. А я-то думал, что смог наконец с ними распрощаться. Какую цену запросит Кафра? Что захочет получить взамен?
Но если не помогу, как мне потом с этим жить?
– Если ты ничего не сделаешь, что тогда будет? – спросил Мэфи.
– Будет очень плохо, – вздохнул я.
Надо перестать говорить себе, что у меня не было выбора. Выбор у меня был, и теперь я жил с последствиями принятого решения. Задание, которое мне даст Иоф Карн, может не иметь никакого отношения к Лин. То, что я для них сделаю, может ей вообще никак не навредить.
– Что очень плохо? – спросила подошедшая ко мне со спины Лин.
Она была в простой одежде для путешествий. Я ненавидел, когда она так одевалась. В такой одежде она казалась слишком простой и слишком доступной.
Я выдохнул, чтобы как-то успокоить учащенно заколотившееся сердце, и, прищурившись, посмотрел на облака.
– Это я о погоде. Иногда мне кажется, что эти солнечные моменты даются нам только для того, чтобы мы вспомнили, какой прекрасной была погода до начала влажного сезона… и чтобы мы занудствовали, вспоминая те времена.
Лин рассмеялась:
– Сначала все так радуются дождям. Но радость быстро выветривается. – Она порылась в своем кошельке и достала какой-то мелкий предмет, который я не смог сразу разглядеть. – У меня тут кое-что, хочу тебе отдать.
Я протянул руку, и Лин сбросила мне на ладонь осколок кости.
– Это твой. Нашла, когда сортировала осколки для возвращения на острова. Мы с тобой знаем, что я никогда его не использовала, но мне показалось, будет правильно его вернуть, учитывая…
Я размахнулся и забросил осколок кости в море.
Лин нахмурилась:
– Что ж, думаю, это неплохой способ сделать так, чтобы его никогда никто не использовал.
– Он не мой.
Я все еще помнил дыхание солдата, когда он говорил, что пощадит меня.
– Наверное, обломок куриной кости или еще какой. Ты бы сразу поняла, если бы решила его использовать. – Я наклонился, чтобы она смогла увидеть шрам у меня за ухом. – Вот, потрогай.
Пальцы у Лин были холодными. Она осторожно ощупала шрам и хмыкнула:
– Да, все на месте.
Я тяжело сглотнул и отступил от нее на шаг.
– Один солдат пожалел моих родителей. Мой старший брат умер на Празднике десятины, и я остался единственным сыном в семье. И тот солдат сделал надрез у меня за ухом, но вырезать осколок не стал. Так что осколок, который он потом сдал своему командиру, точно был не мой.
Солнце припекает голову, колени упираются в землю, резкая боль – и кровь тонкой струйкой стекает по шее. Я забыл лицо того солдата, но эти ощущения остались со мной навсегда.
Лин рассеянно потрогала у себя за ухом.
– Твой отец ведь не делал такого…
– Нет. – Лин тряхнула головой. – Сукаи не облагают десятиной самих себя. – Она оттолкнулась от перил. – Надо найти дымчатый можжевельник для погребального костра. Капитан сказал, у него где-то есть.
И она ушла. А я, глядя ей вслед, подумал, что надо будет в следующий раз ее как-нибудь развеселить. Нам обоим не помешало бы побольше смеяться.
Позднее тем же утром мы причалили в порту и Лин отпустила нас размять ноги.
– Возвращайтесь после обеда, – сказала она, – и не задерживайтесь, иначе прикажу поднимать паруса без вас.
– А ты не сойдешь на берег? – спросил я.
Лин покачала головой и вымученно улыбнулась:
– Я помогаю готовить похороны Реши.
Трана пошла за ней следом, но напоследок оглянулась и печально на нас посмотрела.
Лин уже послала своих не пострадавших на Нефилану служанок в город с поручением передать ее письма и указы, так что мне было нечем заняться, кроме как искать Иоф Карн.
Мы с Мэфи спустились по сходням, и я почувствовал на себе его полный надежды взгляд.
Ну и конечно, надо покормить этого зверюгу.
Я не знал, что это за остров, но город был маленький, его почти со всех сторон окружали влажные леса. А за лесом возвышались похожие на щербатые зубы горы. Над лесом и горами висел густой туман.
– Далеко не отходи, – сказал я Мэфи, когда мы шли по городу. – Здесь не так людно, как ты привык, а я не знаю, что за существа обитают в здешнем лесу.
Мне приходилось слышать истории, и я даже видел пару чучел очень странных животных. Встретиться с ними вживую не хотелось.
На острове этом я никогда не был, но знал, как найти Иоф Карн. У них широкая сеть, и если в Империи был остров, куда они не проникли, я о таком не слышал.
Прогуливаясь по городским улицам, я остановился у торговых палаток и купил Мэфи рыбу на пару́ с черными бобами. Он уселся прямо возле палатки и принялся есть, ковыряясь в бобах лапой, как будто у него были пальцы, как у человека. Торговец с любопытством на него посмотрел, потом повернулся ко мне и приподнял бровь. Я только пожал плечами и пошел дальше: с какой стати я должен ему что-то объяснять?
Поиски нужного места не заняли много времени. Дверь была украшена замысловатым резным орнаментом, а в этом орнаменте был скрыт тайный символ.
