Командующий 4-м корпусом тяжёлой кавалерии граф Эдуард Жан Батист Мило, бывший «цареубийца» (член Законодательного собрания 1792 г., голосовавший за казнь Людовика XVI) и герой Аустерлица развернул к атаке свои 26 эскадронов — три тысячи пятьсот воинов, не единожды прошедших сквозь огонь и воду и медные трубы. «Это были люди-гиганты на конях-исполинах», — писал о них Гюго. Рядом с генералом Мило повёл их в атаку маршал Ней. «Казалось, что вся эта масса людей, — читаем далее у Гюго, — превратилась в сказочного дива и обрела единую душу <…>. Среди пушечных залпов и звуков фанфар — хаос касок, криков, сабель, лошадиных крупов, страшная и вместе с тем послушная воинской дисциплине сумятица <…>. Нечто подобное этому видению являлось, вероятно, в древних легендах о полулюдях-полуконях, титанах с человеческими головами и лошадиным туловищем, которые вскачь взбирались на Олимп, страшные, неуязвимые, великолепные; боги и звери одновременно <…>. Они неслись во весь опор, отпустив поводья, с саблями в зубах, с пистолетами в руках, — такова была эта атака». Когда они обрушились на плато, «это походило на начинающееся землетрясение»[1717].
Английский офицер, прапорщик 1-го пехотного гвардейского полка Гронау вспоминал: «Ни один человек, присутствовавший при этом и выживший, не мог до конца жизни забыть ужасающего великолепия этой атаки. Вы видели вдали что-то казавшееся огромной двигающейся линией, которая, приближаясь, сверкала, как мощная морская волна, отражающая солнце. Все ближе и ближе неслась эта конница, пока сама земля не начинала сотрясаться от её громового топота. Казалось, ничто не сможет устоять под напором этой ужасной накатывающейся массы. Это и были знаменитые кирасиры — в основном старые солдаты, отличившиеся почти во всех сражениях в Европе. Невероятно быстро они оказались уже рядом с нами, оглушая нас криками «Vive l'Empereure!»»[1718].
