В 1831 году он начал войну с султаном, в результате которой присоединил к своим владениям Палестину, Сирию, Ливан, Киликию. В 1832 году он развернул наступление на Стамбул. Султан взывал к Англии и Франции о поддержке, но не получил ее. Только русский Император готов был прийти на помощь султану Махмуду.
В 1833 году Император наставлял генерала Н. Н. Муравьева, который командировался в Египет для обуздания Мухаммеда Али: «Я хочу показать султану мою дружбу. Надо защищать Константинополь от захвата. Вся эта война есть не что иное, как продолжающееся проявление революционного духа, охватившего Европу, в особенности Францию. Если Константинополь будет захвачен, мы получим по соседству гнездо всех безродных, которые окружают теперь египетского пашу. Необходимо разрушить новый зародыш зла и беспорядка. Надо показать мое влияние в делах Востока».
В 1833 году граф А. Ф. Орлов опять прибыл в Стамбул – теперь уже в качестве «чрезвычайного и полномочного посла» при султане, а также «главного начальника всех русских военных и морских сил» в Турции. Одновременно с ним в Стамбуле находился посланник А. П. Бутенев (1787–1866), командующий российской эскадрой вице-адмирал М. П. Лазарев (1788–1851) и генерал-майор Н. Н. Муравьев (1768–1840).
В этот момент русская эскадра из 20 вымпелов стояла на рейде Стамбула, а десятитысячный русский корпус размещался на азиатском берегу Босфора в местечке Ункяр-Искелеси. Фактически столицу султанской Турции защищали от натиска воинства Мухаммеда Али только русские войска.
В Лондоне и Париже негодовали; их не интересовала ни судьба Турции, ни судьба султана; их волновало лишь усиление военного присутствия России. Англия и Франция требовали ухода русских, угрожая ввести свой флот в проливы. В Петербурге эти угрозы проигнорировали. Западным державам была заявлена воля Императора: российские силы останутся у Стамбула, пока вторжение армии египетского паши не будет остановлено.
Орлов, руководствуясь наставлением Императора, занялся подготовкой русско-турецкого соглашения о сотрудничестве. И 26 июня 1833 года был подписан сроком на восемь лет Ункяр-Искелесийский договор между Россией и Турцией. В соответствии с ним Россия брала обязательство прийти на помощь Турции, которая обязывалась в случае войны закрывать проливы для всех военных судов. Этот договор – наивысшая точка влияния России в Турции.
В июне 1833 года Орлов сообщал П. Д. Киселеву: «Здесь нет другого влияния, кроме русского; даже общественное мнение отчасти за нас, таков плод удивительного поведения наших войск и флота». Англия и Франция вынуждены были оказывать влияние на Мухаммеда Али, который остановил свое наступление на Стамбул и заключил с султаном договор, в соответствии с которым он оставался египетским пашой и получал в управление Сирию и Палестину.
На азиатской стороне Босфора граф Орлов и генерал Муравьев в день рождения Императора Николая установили памятный камень, на котором была выбита дата рождения Самодержца и надпись: «Сей обломок скалы воздвигнут в память пребывания русских войск гостями в этой долине. Да уподобится дружба между двумя державами твердости и незыблемости этого камня и да будет она воспеваема устами друзей»…
В конце 1830 года Николай I зафиксировал свои мысли и представления о международных делах в особой записке на французском языке, носившей красноречивое название «Ma confession» («Моя исповедь»), позже опубликованной Н. К. Шильдером. Этот небольшой документ чрезвычайно интересен и показателен.
Император внятно, со знанием дела, с ясным представлением о подноготной событий, размышлял о политическом положении на главной сцене мировой политики – в Европе. У него нет иллюзий насчет врагов и друзей; он не находился в плену романтических мечтаний.
Начал он свое исповедание с констатации очевидного: «Географическое положение России до такой степени благоприятно, что в области ее собственных интересов ставит ее в почти независимое положение от происходящего в Европе; ей нечего опасаться; ее границы удовлетворяют ее; в этом отношении она может ничего не желать, и, следовательно, она ни в ком не должна возбудить опасений».
Военно-стратегическая неуязвимость России – это милость Божия, это заслуга предков, это благодатный дар истории. Однако страна – великая мировая держава, и все мировые события не могут не затрагивать, так или иначе, ее интересов. Империя, именно потому, что она Империя, не может изолироваться от происходящего вовне ее. Существуют старые связи, договоры, трактаты, сохраняются традиции отношений.
После сокрушения Наполеона в Европе сложилась новая политическая ситуация, которую страны-победительницы во главе с Россией и старались установить через систему международных соглашений. Был создан Священный союз, объединивший Австрию, Пруссию, Россию, а потом и Францию. Его учредитель, Император Александр I, хотел, чтобы христианские принципы возобладали и в международных делах, чтобы любовь, милосердие и взаимоподдержка сделались зримыми и действенными инструментами мировой политики.
