Маг хмыкнул, но внимательно вгляделся в украшеньице, не торопясь, впрочем, к нему прикасаться. На мгновение взор колдуна сделался отрешенным, будто он потерял интерес ко всему вокруг. Присутствующие замерли в напряженном ожидании. Колдун с силой зажмурился, приходя в себя, и весело ответил:
— Ничего незаконного: проверка совместимости крови, а также немного смирительной и приворотной магии.
В моей голове пронеслись обрывки воспоминаний, связанных с брошью, и возникло непреодолимое желание придушить дарителя.
— Так император по-вашему вполне себе законно нас всех приворожить пытался?! — взвилась рыжуха.
— Приворот бы многое объяснил, — продолжал ухмыляться маг, — но его, по сути, нет. Заключенной в данном артефакте силы хватит разве что для пробуждения симпатии и некоторого влечения. Так что, носите на здоровье.
Несмотря на заверения в безопасности брошки, Видана наотрез отказалась ее забирать. Я же с сомнением покосилась на изумрудное ожерелье на шее Малики, но принцесса не торопилась избавиться от этого императорского подношения. Она даже не пожелала узнать у мага, заколдовано ли оно.
Вскоре беседа была объявлена оконченной, и колдун позволил нам идти. Большинство невест сорвались с мест, радуясь завершению малоприятного разговора. Я же шепнула Гретте, что хочу задержаться. Подруга так спешила устроить разнос Ниссу, что безропотно оставила меня на попечение законника. Лишь Вайоми ревниво глядела из-подо лба, но не нашла предлога остаться и вынуждена была уйти вслед за другими, прикрыв за собой дверь.
Я неловко переступила с ноги на ногу перед письменным столом. Кэр Иан не заговаривал первым, давая мне самой возможность начать.
— Вы не сердитесь на меня? — неловко спросила я.
— Нет, — мужчина очень старался казаться суровым, но глаза его смеялись, — благодарен, что хоть утопить не пыталась.
Я рассеяно кивнула, думая, как лучше выспросить о своей догадке:
— А Вы могли разрушить мои чары?
— Мог, — коротко отвечал колдун.
Спрашивать, почему он этого не сделал, было глупо — я и так уже понимала. После неудачной попытки напасть на советника, меня интересовало другое:
— Что со мной было бы, если бы Вы все-таки решили защищаться? — осторожно полюбопытствовала я.
— Скорее всего, это привело бы к твоей гибели, — проговорил маг предельно серьезно, и пояснил: — Магию надо использовать с умом, не растрачивая даром внутренние ресурсы. Даже обладая большим талантом, необходимо учиться задействовать магические инструменты, чтобы обезопасить себя.
— Даже лучший пловец использует корабль, дабы переплыть море, — задумчиво проговорила я.
— Что-то вроде того, — усмехнулся законник. — Это все, что ты хотела знать?
— В общем-то, да, — пробормотала неуверенно и, набрав побольше воздуха, выпалила: — А Вам стоит проведать мастера по имени Виго, что держит кузню в городе Армборг. Это в часе езды на Восток.
Колдун уважительно хмыкнул и заулыбался шире прежнего:
— Спасибо, так и поступлю.
Я кивнула и кинулась к выходу, смущаясь своей дерзости. Уже выбегая из кабинета, услышала тихое:
— Запомни, Варвара, — вот уж не подумала бы, что магу известно мое имя, — любовь, чья бы она ни была, тебя ни к чему не обязывает.
Обернулась, желая уточнить, что колдун имеет в виду, но дверь за мной уже захлопнулась, а врываться назад я не посмела.
— …И это с Ханной — самым безобидным созданием, что мне только приходилось встречать! — услышала я, едва отворив дверь в свою комнату.
Моя соседка, уперев кулаки в боки, распекала нашего бравого охранника. Он стоял, ссутулившись и опустив голову, и больше походил на провинившегося мальчугана, чем на лихого контрабандиста. Завидев меня, Нисс немного воспрянул духом.
— Ну хоть ты ей скажи, что я б ни за какие коврижки не стал бы живьем человека продавать, — умоляюще обратился ко мне парень.
Не ту он выбрал себе в защитницы — я была зла и возмущена не меньше подруги.
— А не живьем? — язвительно поинтересовалась, давая приятелю понять, что от меня он поддержки не дождется.
— Вот кто-то договорится, и мы это проверим, — угрюмо пообещал мне контрабандист, которому надоело выслушивать обвинения. — Но к тому, что случилось с вашей товаркой, я никакого отношения не имею. Моих парней (пусть они и предателями оказались!) там и близко не было. Да и раньше ничем, кроме перетаскивания ценностей из мира в мир, мы не промышляли.
Прежде Нисс никогда мне не лгал, потому, окинув его суровым взглядом на всякий случай, я постановила:
— Ладно, верю, — и обратилась к рыжухе, которая все еще сопела, аки рассерженный еж: — Ханна теперь в безопасности — и это главное! А у нас есть более насущные проблемы.
